Но в эту минуту Айрис, пыхтя и потея, сталкивает мужчину с Лин и помогает добраться до «своих кустов». Лин опускается на землю, тяжело дышит и чуть склоняется на один бок. Рукой зажимает ребра.
– Я его убил? – Айрис кивает в сторону неподвижного пыльно-грязного тела, задерживая дыхания в каком-то извращенном радостном ожидании. Он ждет, что сейчас его провозгласят убийцей. Сухо, официально, так, как это умеет Лини.
Но она, вопреки ожиданию, едва качает головой, а в голосе слышится горечь:
– Его не так просто убить. И думаю, это будешь не ты, – она пытается улыбнуться, но тут же кривится и сильнее сгибается. – Нужно уходить, пока он не пришел в себя.
Она говорит, что им нужно укрыться в старом гараже, и он послушно берет свою сумку и следует за ней. Под коркой крови не разглядеть выражения ее лица, но в одном Айрис уверен, глаза ее стали темнее. Пока они добираются до гаража, Айрис узнает две вещи о Линнель Бери: на ее теле ножевая рана, и с этого вечера Лин свела крепкую дружбу с отчаяньем.
Лин запирает дверь изнутри, прежде чем включить тусклый фонарь, и наваливается спиной на ржавый металл. В неровном свете фонаря ее лицо призрачно мерцает. Виски и шея в капельках пота. На ней слишком много крови, к горлу подступает тошнота. Он ненавидит в этой девочке все, от внешности коренных аборигенов до запаха спелых яблок, который он слышит от ее кожи. Он ненавидит, но все же прикладывает ко лбу свою ладонь, пытаясь сбить, этот пульсирующий, бьющий фонтан горя, злости, чего-то неразличимого. Столько всего переплелось в этом теле, что у Айриса начинает кружиться голова, он резко одергивает ладонь. Не хватало им обоим повалиться здесь без чувств. Он должен выбраться, и Линнель этому ни в каком виде не помешает. Если понадобится, он оставит ее здесь умирать. Айрис в этом уверен, но продолжает беспокойно кружить вокруг девчонки.
– Дай посмотрю, – Айрис склоняется над девушкой и стягивает с плеч куртку.
Лин стонет, глаза с трудом открываются и смотрят него в упор. Она не сопротивляется, лишь со свистом дышит и бодает лбом плечо, когда становится особенно больно. Ее кофта почти равномерно окрасилась, и разобрать, где рана едва ли возможно. Парень цепляет бегунок двумя пальцами и тянет его вниз. Полы кофты раскрываются, обнажая бледную кожу, хлопковый лифчик на маленькой груди и сочащийся порез вдоль нижнего ребра. Во рту появляется вкус металла, от напряжения челюсть Айриса нервно двигается, зубы трутся друг о друга. Он вытряхивает все из своей сумки и достает первую попавшуюся футболку. Разрывает на несколько широких полос, но растерянно застывает с этими тряпицами в руках, потому как не знает, как подступить к такой ране.
Лин касается его руки
– В багажнике сумка… Там лекарства, – шепчет она невнятно и тихо, в бессилии откидывает голову на стену.
В багажнике старого «Зундо» действительно находится большой походный рюкзак с кучей вещей. Во внешнем кармане пакет с несколькими тюбиками, банками и таблетками, моток пластыря и бутыль с жидкостью. Новый металлический футляр, в котором – Айрис видел подобный в комнате Лин – лежит стеклянный шприц на двадцать миллилитров. Айрис брезгливо морщится и убирает его на самое дно кармана. Он старается сделать все быстро: промочить рану раствором из бутыли, вытереть кровь вокруг пореза и перевязать. Старается осторожней касаться как будто фарфоровой кожи из боязни, что она вся пойдет трещинами, и он уже не сможет залатать Лин. Она не стонет, не вздрагивает от его неумелых действий. И когда Айрис поднимает глаза, обеспокоенный ее недвижимостью, он цепенеет от вида слез на кроваво-грязном лице. Лини оглохла и онемела – закрыла себя блоками и превратилась в каменный мешок с костями. И сколько бы Айрис не силился пробиться сквозь блоки, он уже не мог понять, что заставило ее плакать.
И все, что он может, это взять единственную бутылку с водой, найденную в рюкзаке, и смыть с лица девушки следы крови и слез.
Айрис задремал, будто нырнул в глубокий вязкий колодец. Одна часть его сознания понимала, что нужно уходить, что он тонет. Но другая – пришпиленная иглой бабочка – оставалась здесь, рядом с ослабевшей девочкой.
Линнель тяжело поднимает голову и загребает пятерней растрепанные волосы на затылок, открывая гладкий широкий лоб. В уголках ее губ запекшаяся кровь. Она толкает Айриса в плечо, и он делает вид, что только проснулся.