Лини захлопывает крышку багажника.
Глава 8
Инспектора Рони Гума раздражало на месте преступления только одно – завывающие бабы. Их перекошенные лица с соплями под носом превращали смерть в комедию.
Он вновь обходит убитого со спины и склоняется теперь со стороны ранения. Из коридора доносится приглушенный вой. Инспектор Гум морщится и вытягивает подбородок, почти касаясь носом тонкого кабинетного ножа с каменной ручкой, которая торчит поверх накрахмаленного воротничка. Кровью залита шея, большая часть левой руки и белая рубашка. Голова покоится в кровавой луже поверх кипы документов. Глаза удивленно смотрят на стену, на которой ничего, кроме стеллажа с книгами, нет. Можно подумать, что покойник обнаружил в стопках книг нечто неожиданное, вроде сборника детских стихов или «Сто забавных рассказов о собирательстве». Инспектор Гум не ленится и смотрит в ту же точку, что и покойник, но, как и ожидает, никакой книги с рассказами не обнаруживает.
– Где эксперты? – спрашивает он, так и не отвернувшись от полок с книгами.
– Они за дверью, – Нана кивает головой в сторону, – ждут. Управляющий выделил соседнюю комнату для допроса. Парни осматривают территорию, но, похоже, убийца успел уйти.
Инспектор Гум не спеша обводит взглядом кабинет и останавливается на своей молодой помощнице. Нана только после Академии – страстная, вскормленная историями о справедливости и долге, барышня. Инспектор честно старался видеть в ней хранителя правопорядка, но ее пышные формы и ярко нарисованные брови слишком выдавали в ней женщину. Даже заурядная серая форма законников выглядела на ней непозволительно вульгарно, обтягивая крутые бедра и натягиваясь на полной груди.
Ее лицо сегодня бледное и каменное, а движения непривычно резкие. Это первое убийство за три месяца ее работы с инспектором Гумом, а, скорее всего, первое и за время учебы. Нана стоит в дверном проеме, вытянув руки по шву, словно боится одним своим присутствием нарушить девственность места преступления. Инспектор подходит к ней и заглядывает через ее голову в коридор.
– Что мы имеем? Сколько людей в доме?
На полу, под большим горшком с цветком, скорее похожим на недоразвитое дерево, сидит крупная женщина и скулит в прижатые ко рту кулаки. Ее лицо успело распухнуть, а подол униформы неприлично разошелся на ляжках. Инспектор Гум тактично отворачивается и смотрит на пристроившегося у стены оденера. Кажется, его зовут Фокк.
– Проведи ее в комнату для допроса, – тихо шепчет Рони Гум и вновь обращает свое внимание на Нану, слегка кивает, готовый слушать.
Она достает блокнот из кармана распахнутой куртки и перелистывает две страницы. Нос ее морщится, когда она преступает к чтению.
– Всего в доме около пятнадцати человек. Из них: пять человек обслуги, учитель, – Нана делает жест за спину, – это та, которая ожидает в допросной, тренер, три охранника. Один личный – тот, что был без сознания, когда обнаружили убитого, двое дежурят у ворот. С ними сейчас беседуют Ганс и Литерин.
Инспектор кивает головой и трет подбородок. Жестом приглашает Нану покинуть кабинет. Женщина разворачивается и вновь склоняет голову над блокнотом.
– Дочь Син Бери и ее друг… – Нана бросает неуверенный взгляд на своего начальника, тот вновь трет щетину. – И еще тренер.
–Учитель и тренер… – проговаривает Инспектор Гум, прежде чем открыть дверь в комнату, которую им уступили. – Как зовут дочь министра?
– Линнель Бери.