– За исключением Гродинс, все сходятся на том, что она может быть опасной. Она никому не нравилась, – Нана пожимает плечами, словно это не должно иметь никакого отношения к делу. – Замкнутая – это еще не значит ненормальная.
Инспектор Гум это и сам понимает. Он тоже многим не нравится, потому что характер у него гнилой. Вот только это не делает его убийцей.
– Проверь всю недвижимость. Всю, что связана с этой семьей. Нужно найти, куда могла податься Линнель Бери. Достань ее медицинские записи. Контракт Вэлса и завещание Бери. Вряд ли дело в нем, но проверить нужно. Как будут готовы пальчики из комнаты парня, проверь на совпадения. Если установим, кто он, возможно, поймем, что он делал в усадьбе. Нужно еще раз опросить слуг и охрану, может кто-то знает о странных гостях больше, чем говорит. Управляющего вызови к нам сегодня. И все документы, что изъяли из кабинета, мне на стол.
Он сворачивает с дороги между двух пятиэтажек в Третьем микрорайоне Орона и глушит двигатель. Нана замечает, что он привез ее к дому и благодарно улыбается. Улыбка застывает на ее губах, когда инспектор говорит, что проводит ее и подождет, пока она примет душ и переоденется. Помощница нервно открывает дверь и выскакивает на улицу. Сердце с силой бьется о ребра, а мысли суматошно крутятся в тяжелой после бессонной ночи голове. Они в молчании поднимаются на пятый этаж. Ключи подрагивают в ее руках, но с третьей попытки она справляется с замком. Нана впускает в свою уютную по-женски пахнущую духами и лосьоном для тела квартиру неопрятного грубого мужчину. Рони (мысленно она позволяет себе иногда так его называть) занимает почти все пространство в узком коридоре. Он скидывает ботинки и ждет, пока Нана аккуратно поставит свои начищенные без единого пятнышка туфли.
– Может быть, хотите кофе, инспектор? – помощница ведет его на кухню, начинает перебирать пачки с чаем и кофе.
Инспектор Гум пьет много кофе и много курит. Что-то из этого его убьет. Но сейчас ее волнует не это, а его дыхание возле самого уха.
– Я хочу тебя трахнуть, Нана, – произносит он хрипло и немного резко, словно начинает отчего-то злиться. – Твой ответ не повлияет на дальнейшую работу, но лучше, если это будет «да». Я слишком устал, чтобы искать кого-то еще.
Отвратительно грубо. Нана вздрагивает, никогда ее не унижали сильнее. Она бы согласилась, будь он чуточку мягче. Ему лень искать себе партнершу, а она под рукой.
Нана резко разворачивается, и Инспектор ловит ее руку за мгновение до удара. В его серых глазах сквозит удовлетворении, а губы растягиваются в улыбке.
– Я так понимаю, что нет? – веселье в голосе выводит помощницу из себя.
Она неловко толкает его и оказывается прижата к маленькому кухонному столу. Инспектор нависает над ней. От былого веселья не осталось и следа. Он напряженно смотрит на пухлые губы.
– Просто скажи «нет», если это действительно нет! – приказывает он.
Нана шумно дышит, грудь ее высоко поднимается и опадает, губы чуть приоткрываются и на мгновение между ними мелькает кончик языка. Рони медленно склоняется, чтобы дать ей возможность остановить его, если все-таки он ошибся. Но она упрямо молчит, лишь чуть подается вперед, когда инспектор грубо целует мягкие губы.
Глава 10
Айрис минутой ранее выкинул из багажника рюкзак и вылез сам. И теперь аккуратно подхватывает Линнель и ставит на ноги. Она шатается и мягко опускается на рюкзак. Голова падает на грудь. Шапка висит на макушке и вот-вот свалится на грязный асфальт. Они все еще возле машины законника. Айрис вымотан и растерян, а Лин слабо покачивается на мешке с вещами, как будто убаюкивает сама себя.
– Нужно идти, – надтреснутым голосом заявляет Лин и встает, опершись рукой о багажник, но тут же падает обратно.
– Ты не сможешь. Может, позаимствуем это?– Айрис шлепает ладонью по крыше автомобиля. Старый металл недовольно грохочет.
Линнель качает головой и рукавом утирает пот со лба.
– Достаточно глупостей на сегодня. Этот человек может вернуться в любой момент, – она по-особенному произносит «этот человек», как будто упоминание о нем обжигает язык и гортань.