Он зажмуривается. И Лин видит, как путаются мокрые ресницы. Лин впервые целует его, полностью снося стены со своей души. Его ярость и ее искусственный покой ожесточенно разрушают друг друга, оставляя после себя руины и запах тлена.
Поцелуй стихает, но никто не открывает глаз.
– Тебе идет это платье, – шепчет Айрис.
Лин кивает головой, соглашаясь.
Вечером Айрис уходит за лекарством, без которого они оба пропадут.
Глава 16
В баре «Стрекот» трудится его старый друг-собутыльник, который и сдал их с Еленой Службе надзора за неучтенными людьми второго уровня. Его можно оправдать тем, что у него была ломка, а за каждую неучтенную особь полагалось вознаграждение, но оправдать его Айрису так и не удалось.
Он поднимается по грязной заблеванной лестнице из пяти ступенек и попадает в крохотный душный клоповник. Стойкий кислый запах бьет его в лицо и оседает на одежде. Пять деревянных столов, из которых заняты три, с трудом умещаются в тесном помещении. Дальняя стена сверху донизу заколочена досками в виде полок, на которых расставлены бутылки с дешевым разбавленным пойлом. Он подходит к барной стойке и тычет в первую попавшуюся бутылку. Хмурый мужик с замасленными клоками волос и густыми бровями, сросшимися на переносице, грязными пальцами протирает бокал и наливает в него на треть той бурды, что выбрал Айрис.
– Бор здесь? – спрашивает Айрис, не рискуя поднести бокал к губам, он крепко обнимает его пальцами и медленно крутит вокруг своей оси.
Брови мужика приходят в движение, он выпячивает губы, отчего в уголках рта скапливается слюна и зычно кричит куда-то за спину:
– Оборва, к тебе!!! Кончай зазывать сюда своих дружков! – он наваливается на стойку, растирая потной рубашкой лужицу от напитка Айриса, и доверительно сообщает. – Больше не приходи сюда, парень. Спущу с лестницы – не посмотрю, что можешь заплатить за выпивку. Мне неприятности не нужны!
Айрис коротко кивает и выходит из прокуренного бара, с жадностью глотая воздух глухой улицы. Он ждет на лестнице, пока его бывший друг о чем-то препирается с мужиком за стойкой и, недовольно сморщив нос, плетется к Айрису. Он подходит разболтанной походкой и долго всматривается в лицо гостя. Айрис понимает, что он узнал его по странному глухому кряку из раскрытого рта и взметнувшимся на прыщавый лоб бровям.
Он вытирает ладошку о замасленный фартук, прежде чем протянуть руку Айрису. После недолгого колебания, Айрис коротко пожимает руку. Губы его брезгливо кривятся, и он пытается скрыть это за улыбкой.
– Как поживаешь, Бор? – спрашивает он, незаметно вытирая ладонь от липкого рукопожатия. Руки у Бора всегда потели.
– Да… вот так, – Бор разводит руками и пожимает плечами, словно извиняясь за то, что он так поживает.
Айрис пытается ободряюще похлопать того по плечу, но не решается дотронуться, боясь, что вцепиться в костлявую шею, поэтому машет рукой в воздухе и возвращает ее на место.
– Ты чего пришел?
Бор неловко топчется. Должно быть, ему хочется, чтобы Айрис ушел, но большой альтруист внутри его маленького накачанного наркотой сердца говорит ему, что Айрис имеет право сказать, зачем появился сейчас. После чего может смело проваливать из жизни Бора.
Айрис приближается к худому, как жердь парню, и все-таки кладет руку ему на плечо, чтобы удержать его, если тот вдруг решит свалить. Парень напрягается и недружелюбно выкатывает воспаленные глаза.
– Ты ведь сидел на всякой дряни пару лет назад, а, может, и сейчас сидишь? – интересуется Айрис и крепче сжимает пальцы на плече.
Бор ощетинивается и раздувает ноздри.
– Тебе то что?! В «птичку» заделался? Пришел нагадить в отместку за тот случай?
Айрис ослабляет хватку и не сдерживает гадкий смешок. Забавно! Теперь Бор боится, что именно Айрис настучит законникам, хотя три года назад он сам не чурался подобной подработки.
– Мне нужен «аурин». Сегодня. Сможешь достать?
Бор недоверчиво щурит глаза и с хрюком втягивает содержимое носа в глотку.
– Вот это поворот! – скалится он. – Сколько?
– Две ампулы, – Айриса начинает трясти от омерзения, он стискивает зубы и задерживает дыхание. К кулакам приливает кровь.