Лин задерживает дыхание, душа внутри себя недовольство.
– Если у тебя нет вопросов, – говорит старик, – тогда просто иди домой. Но я все же вот, что скажу: что тебе стоит просто верить, что все они были достойны этой жертвы?
Монах поднимает веки, но глаза его вновь прозрачны и пусты. Он уже не здесь – ищет дорогу к своим богам. Еще несколько минут Линнель стоит, чувствуя всю тяжесть свое человеческого тела, ощущая каждую каплю крови в венах и каждое волокно в своих мышцах. Она так явственно чувствует себя здесь человеком, что становится страшно.
Линнель склоняет голову перед ослепшим стариком и в спешке покидает часовню. Ее все еще окутывает этот газовый туман тлеющих благовоний. Она выходит из проулка, пребывая в непривычной задумчивости. Мысли ее испуганно скачут между событиями и лицами. Морось ложится на ее плечи и сбивает остатки унесенного с собой запаха. Лин кажется, что он покидает ее с шипеньем и клубами пара.
Тычок в плечо, и Лин заваливается на асфальт. От боли в содранных ладонях она приходит в себя. Наваждение слетает окончательно и бесповоротно. Она удивленно рассматривает разбитое колено, не спеша подняться на ноги.
– Ты в порядке?
За спиной грохочет сиплый голос. Лин костенеет в странной скрученной позе, и не смеет ни сказать, ни обернуться. Этот голос она знает…
– Эй!
Чужая рука сжимает плечо и пытается развернуть Лин. Она вздрагивает и с придушенным вскриком сворачивается в тугой клубок, как перепуганный паук.
– Как знаешь, – он убирает руку и уходит.
Линнель делает первый вдох только тогда, когда запах этого человека растворяется в городском смоге. Особенный, тот самый, что стоял по ту сторону гаражных ворот. Законник. Сладость с горечью – Лин никогда не чувствовала таких особенных. Жженого сахара в нем на пару кристаллов, все остальное – жгучий перец и полынь.
Линнель вдруг вскакивает на ноги и оборачивается, высматривая его на полупустой улице. Ей кажется, что высокий мужчина, скрывшийся в одном из домов – это он. Линнель натягивает шапку до самых бровей и идет за ним, тянет носом воздух, как гончая, выслеживая след.
Лин заходит в те же двери, ни на мгновенье не задумываясь, что она будет делать, если столкнется с этим мужчиной нос к носу. Внутри полумрак, много красного и штор. Они наглухо задернуты. Несколько светильников включены, и в мягком желтом свете рождаются причудливые тени. На диванах сидят мужчины и женщины, чередуясь между собой. Как полоски на платье: белая – черная, белая – черная. Все они поворачивают головы, смех застывает на губах, как только дверь за Линнель задевает колокольчик, оповещая о новом госте.
Лин осматривается, никогда еще она не была в борделе. Она бросает мимолетный взгляд на полуобнаженных женщин, на мужчин, неловко прикрывающих расстегнутые рубашки и набухшие ширинки. Она уверенно подходит к стойке, за которой стоит парень и начищает бокал тканевой салфеткой.
– Минуту назад сюда пришел мужчина, – тихо говорит Лин, вынуждая парня склониться на стол грудью. – В какой он комнате?
Парень понимающе улыбается и выпрямляется, прежде чем громко заявить:
– Никакого мужчины не было! Вы ошиблись сан.
Линнель копирует его улыбку и кладет ладонь на стол, расплющивая денежный ком по поверхности стола.
– Я не буду закатывать скандал. Я просто хочу отдохнуть, – теперь Линнель ложится грудью на стол. – Отдохнуть в соседней комнате…
Парень принимает деньги, а его улыбка становится еще более понимающей. Она становится омерзительной.
Он ведет Линнель на второй этаж, плотно засеянный одинаковыми дверьми. Одну из них парень открывает и пропускает Лин внутрь.
– Приятного отдыха, – говорит он и захлопывает дверь. Лин тонет в темноте. Она шарит рукой возле двери в поисках выключателя, но пальцы замирают на кнопке, как только за тонкой стеной раздается голос паренька:
– Вам что-нибудь еще нужно?
– Нет, всего достаточно.
Это особенный, парень не обманул. Сердце Лин застревает в горле, а ладони становятся влажными. Она не может найти ни одной причины, почему стоит сейчас здесь. Она убирает руку с выключателя, оставляя себя в темноте. Как будто боясь обнаружить ответ, если загорится свет. На ощупь она находит на стене плоскую задвижку и отворачивает ее в бок. Ей приходится встать на носочки, чтобы увидеть то, что происходит в соседней комнате.