Елена опускает взгляд на собственные коленки, пальцы костенеют и мерзнут. В груди снова гнездится ком обиды. Она ловит себя на том, что начинает перебирать обрывки прошлого, в которых они с Айрисом убегают от Службы надзора и вдруг осознает, что именно там, в сырых полуподвалах, в грязных домах сомнительных приятелей она была свободна и счастлива.
– Елена… – Летер напоминает о себе, и Елена вся сжимается словно высушенный изюм.
Ее обдает холодом, есть у ее нового хозяина такая особенность, он выглядит заледеневшим и все вокруг него стремится в своей температуре к нулю. Елена зябко ежится. Летер вздергивает одну бровь и нетерпеливо отстукивает пальцами по белоснежной скатерти.
– Син Бери иногда брал меня на встречи. Хотел, чтобы я проверила, не пытаются ли его обмануть.
Девушка морщится при воспоминании, что именно она рассмотрела в прошлом этих людей. Вероятно, что-то вражеское подтолкнуло ее задать вопрос хозяину.
– Зачем вы меня купили? Что я должна делать?
Он смотрит на нее с удивлением, словно впервые узнал о том, что купил себе живого человека. Резко поднимается из-за стола и в два шага оказывается возле девушки.
– Вставай!
Она чуть мешкает, путается в собственных ногах, но подчиняется. Елена не решается поднять головы, вспоминает покорные поклоны Линнель и крепко стискивает кулаки. Летер разворачивает ее к себе и усаживает на стол, сваливая тарелки на пол. Он нависает над девушкой, а Елена испугано выставляет перед собой ладони.
– Дело в том, что для меня ты бесполезна, – шепчет мужчина. – Подозреваю, что купил тебя исключительно для одного…
Он целует ее горькими от апельсинов губами. Сжимает голову, не давая шансов увернуться. Девушка пытается украсть его воспоминания, хоть что-то, что поможет избавиться от этой участи. Но задыхается раньше, чем успевает разглядеть картинку. Он жадно впивается в ее рот и терзает ее, пока не срывает болезненный стон.
Летер выпускает ее из объятий, и Елена едва не расползается по столу от неожиданности. Он покидает столовую молча, в состоянии крайнего бешенства.
Елена продолжает сидеть на столе, растеряно провожая взглядом широкую спину. Щеки горят, а дыхание спотыкается в горле и с хрипом покидает рот. Она пробует встать, но понимает, что ноги ее не удержат, и облокачивается на стол.
– Мудак! – взбешенно шипит и рывком срывает скатерть.
Посуда звенит и разлетается по полу, заплевывая остатками еды пол. И становится немного легче.
Глава 21
Много позже, когда Елена уже лежит в кровати, память вновь возвращает ее к тому происшествию. Она смотрит на перевернутую обложкой вверх книгу на тумбочке и мстительно захлопывает, обещая себе, больше не читать ни строчки. Он посмел прикоснуться к ее губам. Елена прикрывает рот ладонью, словно стирая следы поцелуя. Она внезапно осознает, что этот мужчина может потребовать большего, даже не требовать, а просто взять. И никто не станет между ней и этим человеком. Она нервно натягивает одеяло до подбородка и закусывает губу.
Вспоминает жесткую линию губ и грубые знаки татуировки за левым ухом. В них есть сакральный смысл, Елена это чувствует, как и примеси крови коренных жителей. Говорят, они внезапно исчезли с острова, но она уже сталкивалась с чистокровной островитянкой, так что встретить еще одного аборигена не так уж и невозможно. Линнель и Летер почему-то не исчезли с остальными сородичами, и Елена с радостью помогла бы этим двум сгинуть во тьме.
Ручка двери медленно приходит в движение, сердце девушки наливается тяжестью и замирает. Она шарит рукой по тумбочке и хватает книгу. Дверь с щелчком открывается и впускает полоску мрака в освещенную комнату. Летер заходит в комнату и закрывает за собой дверь, устало наваливается на нее. Какое-то время часто моргает и удивленно смотрит на постель. Презрительная улыбка искажает его лицо. Он цокает языком и тычет в девушку пальцем.
– Пошла вон! Дрянь!
Летер пьян. Елена с трудом понимает смысл его окрика. Она вскакивает с постели и крутится на месте в поисках своей одежды. Летер неуверенно переставляет ноги, а когда оказывается возле кровати, падает на нее без чувств.