– Что это? – тихо спрашивает инспектор.
Лин упрямо поджимает губы и проводит рукой по волосам, пытаясь причесать мысли в голове и успокоиться. Она приняла это решение всего минуту назад, но уже успела прочувствовать его неправильность. Она никогда прежде не жертвовала своими интересами в угоду другим. И собственное решение кажется ей бессмысленным и глупым.
– Айрис и Елена. Вытащите их из дома Летера Бидоза.
Лицо Рони горит от ярости, он с трудом делает вдох и снова заглядывает на пожелтевшие страницы. Он надеялся, что это просто игра воображения, но на него смотрят каракули, палочки, точки. Что угодно, только не человеческий текст. Он тянется напряженной рукой к застывшей фигуре, пережимает тонкую шею и подтягивает к себе девчонку. Глаза инспектора наливаются кровью, и пальцы крепче сдавливают хрупкие позвонки.
– Я спросил, что это?! – рычит инспектор и встряхивает Лин.
– Дневник.
– И ты, конечно, можешь это расшифровать?
Линнель качает головой и заглядывает в потемневшие глаза инспектора.
– Расшифруй, – голос инспектора наливается силой и спокойствием.
Голова Лин трещит от атаки, кирпичи ее блока дают трещину, мелкие камешки выскакивают из ненадежной защиты. Но стена выдерживает, и Лин готова разрыдаться от облегчения. Насколько ее хватит?
– Помогите Айрису и Елене. Он убьет их, – Лин умоляет, и звуки собственного голоса, жалкие и неуверенные, бесят ее.
– Мне нет до них дела! Тебе ведь тоже плевать! Поэтому не испытывай мое терпение и расшифруй эту хренову писанину! – он швыряет тетрадь на пол, вздыбливая пыль до потолка.
Инспектор Гум зло отталкивает Линнель и запускает пятерню в растрепанные волосы.
– Ты – это нечто, мать твою! Я подставился, когда вытащил тебя! Думаешь, они не знают, что я тебе помог?! По-твоему на службе одни идиоты?! И теперь ты предлагаешь мне вернуться ради особей? Тебе пора проверить голову! Ты не выйдешь отсюда, пока не расшифруешь все до последней строчки!
– Нет.
Короткое и спокойное «нет» срывает внутри Рони шаткую преграду для его зверя. Он бьет первым, не думая о том, что делает. Но Линнель успевает увернуться и впечатывает кулак в покрытую щетиной челюсть. Рони Гум сплевывает кровь из разбитой губы и кидается на девушку, скручивает ее, словно мягкую игрушку и подминает под себя. Лин шипит, когда с глухим стуком прикладывается затылком о грязный пол. Инспектор Гум заводит обе ее руки над головой и удобно устраивается сверху, крепко сжимая ногами крепкие бедра.
– Помнишь, я рассказывал, какие варианты у тебя есть? – Рони сдавливает тонкие запястья, оставляя на коже свежие синяки. Девчонка упрямо молчит, лишь пялится на его лицо. – Не утруждайся – я напомню: ты отдаешь мне журнал, или я продаю им тебя. Не шевелись, иначе будет больно!
В правой руке инспектора пластиковый одноразовый шприц с тонкой иглой. Лин понимает, что едва ли Рони Гум решил убить ее, но все равно спина покрывается липким потом.
– Кому продашь? – голос дрожит, а руки сводит от напряжения, но инспектор крепко держит и не оставляет шанса выпутаться.
Инспектор Гум улыбается и выдавливает тонкую струю, спуская воздух из шприца.
– Понятия не имею. И если честно, то мне насрать, кому ты понадобилась. Не шевелись, иначе я случайно забуду ключ от ошейника, – он осторожно вводит иглу в бледную кожу над пульсирующей веной на шее.
– Я переведу… – хрипит Линнель, но перед глазами уже плывет лицо Рони Гума, словно слепленное из мягкого шоколада. Инспектор освобождает ее, Лин хочет столкнуть с себя мужчину, но руки непослушно падают вдоль туловища, и тело, воздушное и невесомое, раскачивается на волнах наркотического сна. Лин закрывает глаза и растворяется.
Рони отшвыривает шприц и сваливается на пол, не в силах подняться на ноги. Ее практически плоская грудь мерно поднимается и опадает. Подол платья задрался до живота, открыв резинку уродливых колгот. Рони расправляет одежду на девчонке и убирает влажные пряди с лица. Спокойная, тихая… Лиловые губы чуть раскрываются во сне, и Рони нервно сглатывает, понимая, что не может оторвать взгляд от потрескавшихся сухих губ. Он ловит себя, склоненного и со сбившимся дыханием, в миллиметре от ее лица.