– Я меняю вашу дочь на Елену!
Айрис на шаг приближается к син Бери. От движения рука его нервно дергается и, кажется, ножом царапает кожу. По крайней мере, Лин абсолютно уверена, что щекочущее чувство вдоль горла, это отнюдь не капельки пота. Парень, не ведая того, полностью закрывает своей спиной маленькое тело Лин от застывшего в темноте солдата, и абсолютно безнадежно подставляет себя под удар. Лин на мгновение прикрывает глаза в ожидании, что сейчас Айрис в последний раз вздрогнет и опадет на землю.
– Это моя дочь. Она уже принадлежит мне. У тебя есть что-то еще? – интересуется син Бери.
Лин даже сквозь закрытые веки как будто видит, как искривляются его губы в усмешке, а глаза блестят, выдавая возбуждение от охватившего азарта.
Айрис дышит тяжело и порывисто. Лин чувствует теплые мягкие губы на своем влажном виске, чувствует их дрожь. Внутри, там, где пищевод, и ничего больше не должно быть, щекотит и стягивает внутренности узлом. Девушка распахивает глаза и напряженно смотрит вперед, пытаясь унять «это» внутри своего тела. Приторный его запах впитался в ее кожу и осел на кончике языка. Удивление читается на лице Син Бери, но всего на мгновение. Он улыбается тонкой понимающей улыбкой и едва заметно расчерчивает ладонью воздух, словно загребая его. Лин знает этот жест. Син Бери отдал приказ.
– Тогда что насчет ее секретов?!– восклицает парень.
Глупец! Лин поджимает губы и непрерывно смотрит на жилистую фигуру отца. Он щелкает языком в раздумье и чуть перекатывается с пяток на носки. Позвоночник девушки содрогается в ознобе, Айрис перехватывает ее поперек талии и вжимает в свою грудь. Забота или же попытка удержать от бегства?
Лин не знает, почему она все еще здесь. Не составило бы огромного труда, выбраться из объятий Айрис и покончить с этой идиотской ситуацией. Но она продолжает стоять между двумя мужчинами и слушает все, на что готов пойти каждый из них, словно это что-то значимое. Словно это может быть ей интересно.
Наконец, Син Бери принимает решение.
– За тобой придут.
Он неторопливо двигается к дому, встряхивая в беззвучном смехе головой.
Айрис шумно выдыхает и опускает руку с оружием. Подбородок его утыкается в девичью макушку. Лин поворачивается лицом к нему, так ей удобней следить за солдатом в тени дома. Она все еще раздумывает, говорить ли о нем Айрису. Полагает, что парня действительно стоит наказать, его глупая выходка взволновала Лин, и это было неправильно. Поэтому она склоняет голову на бок и убирает руки в карманы, но не произносит ни слова.
Острый кусок металла со свистом пролетает несколько метров и вонзается в голень парня. Он вскрикивает и подламывается, заваливаясь на землю. Девушка садится перед ним на корточки и смотрит на неровное пятно крови вокруг костяной ручки клинка.
– Он мог убить тебя, – спокойно проговаривает Лин и резко выдергивает небольшое лезвие из ноги.
Парень рычит и бьет ее по лицу. Лин не успевает увернуться, и оказывается распластанной на земле. Звезды вспыхивают холодными каплями в бездонной мути. Губа саднит.
– Ты совсем не оставил мне времени, – произносит она и прищуривается, рассматривая потемневшее небо. – Я думала, ты сдашь меня позже.
– Да неужели?! – Айрис зажимает ладонью рану и садится, подтягивая здоровую ногу к животу. – А я верил, что ты еще не ссучилась окончательно. Дерьмо, Лини, ты становишься редкостной тварью!
Линнель тоже поднимается и бросает на парня безразличный взгляд. Она стягивает с головы шапку, вытирает кровь на шее и протягивает шапку Айрису, предлагая сделать то же самое. Он принимает ее помощь с тяжелой ухмылкой, но прижимает ткань к порезу. Несколько секунд смотрит пристально и как будто теплее, чем обычно. И тянется пальцами к ее губам. Лин вздрагивает от первого касания и бьет его по руке раньше, чем понимает, что он хотел сделать, и зачем ей нужно было не позволить ему это.
– У тебя кровь, – ворчливо объясняет Айрис. Как будто и сам недовольный своим поступком или тем, что Лин могла не так его понять.
Линнель вытирает рот рукавом куртки слишком порывисто и грубо, не замечая боли в разбитой губе.