– А кто докажет? – вскинулась несостоявшаяся невеста.
Ишь ты, как нос дерёт, как будто сама эти налёты возглавляла. Мотай на ус, Евище – эту гадину свежемороженую за три квартала обходить!
– Оставь, дочь! – с видом оскорблённого достоинства воззвал морозный. – Ты просила за огненных, и мы протянули руку помощи, согласились принять их в свой клан. Готовы были принять на себя их проблемы…
– А также наши обработанные земли и весь потентил, – продолжал высмеивать жених благодетелей.
– Теперь неважно! Теперь всё неважно! Вам недолго осталось, а мы подождём. Даже добивать не станем, а с удовольствием понаблюдаем, как боги уничтожат вас одного за другим, – за его спиной раздалось согласное улюлюканье толпы. – Вскоре клан огненного ветра перестанет существовать… Нам даже усилий прилагать не придётся. Счастливо оставаться!
С мерзопакостной улыбкой Отмороженный махнул рукой, давая сигнал своим. Несостоявшиеся родственники вдруг выстроились в колонну и дружно потопали, как солдаты в столовую, мне даже захотелось крикнуть «Запевай!», но, разумеется, не сделала этого.
Ликование гостей витало в воздухе, они уходили победителями. И несмотря на то, что я даже толком не поняла, что тут собственно произошло, душой я была всецело на стороне жениха. Думаю, что ему таки повезло – от такой сосульки избавился. Невеста и её папочка реально ведь отмороженные на всю голову!
Но рано радовались злыдни, думая, что последнее слово за ними…
– Лицемеры! – одна из женщин бросила в спину уходящим гостям жалящие слова.
Гомон стих, на зал опустилась давящая тишина.
– Что, прости? – высокомерно поинтересовался шаман, развернувшись на сто восемьдесят и безошибочно найдя её взглядом. Несколько секунд и он будто бы узнал пожилую даму. – Ах, Варна, это ты? Здравствуй-здравствуй. Признаться, отсутствие магии не красит тебя… постарела, – с издёвкой поприветствовал он свою знакомую. – Недолго до прощального огня осталось, да?
3.6
На старом морщинистом лице женщины, обрамленном седыми волосами, промелькнула и тут же угасла скупая улыбка, словно бы её развеселила подколка. Да и смотрела она на шутника спокойно, цепко и с большим достоинством.
– Я говорю, что вы лицемеры! – повторила она без какого-либо намёка на эмоции. Просто констатировала неприглядный факт. – Только ледяные могли сперва убить нашу избранную, а после прийти на выручку. Словно какие-то герои! Но даже сейчас, ослабленные проклятием, мы вам не по зубам. Не так ли? – съехидничала она. – Может, клан огненного ветра вскоре и угаснет, коли так уготовано Звёздными, но в том не будет вашей заслуги. А теперь выметайтесь из нашего замка и чтобы духу вашего не было на наших землях!
– Я лично подкину дровишек в твой погребальный огонь, Варна! – Пусть шаман и нацепил на лицо маску холодного безразличия, но вот с голосом не совладал – угрозу он буквально выплюнул сквозь зубы. – Уходим отсюда, – приказал он свои и процессия невесты потянулась прочь, уже гораздо быстрее, чем прежде.
Я прям согрелась от гордости за эту женщину! Хотелось спуститься и пожать ей руку.
Едва отзвучали последние шаги, как предполагаемый отец жениха, горестно воскликнул, обращаясь к старой леди:
– Зачем вы так, мама! Они же теперь не вернутся! С нами покончено! Со всеми нами покончено! Что вы наделали?!
– Что, раз нет крыльев, то ты боишься смотреть вверх, сыночек?! Глаза, подними, олух! – и царственно указала на статую дракона.
Мужчина растерянно задрал голову, а за ним и все остальные присутствующие в зале. Я тоже.
Полупрозрачный камень статуи светился изнутри, как будто искусно подсвеченный. Но свет был живым, как отблеск заката над морем. Таким же красновато-золотистым и трепетным.
Раздался слаженный, полный восхищения, вздох.
– Звёздные смилостивились! Ещё один шанс! Боги не оставили нас! Глазам не верю! – прокатился шёпот по залу. – Скажите мне, что это правда…
– Глазам не верите, прислушайтесь к силе, – наставительно произнесла пожилая матрона.
– Ещё одна избранная! – с облегчением в голосе подвёл итог всеобщего сумасшествия жених. И признаться, я засмотрелась на него – впервые за то время, что я наблюдаю за этим спектаклем, лицо мужчины преобразилось. Злость и отчаяние уступили место чему-то светлому. Надежде? Да, определённо это надежда. Словно в самый ненастный день из-за туч вдруг выглянуло солнце.