Уже через час по прилёту я поняла, что отдохнуть не получится. У Авроры кастинги в формате дефиле для известного международного модельного агентства. В общем, младшенькой предопределена шикарная карьера топ-модели, надо только попасть на глаза правильным людям. И я, как любящая сестра должна, просто обязана, ей помочь!
Почему не мама с папой или, к примеру, жена брата, она ведь тоже здесь?!
Что ты! Верочке нужен отдых, она же такая хорошая, заботливая и во всех смыслах правильная жена! Совсем как Зинаида Олафовна, ага. Что значит, ты в отпуске? Подумаешь! Как можно устать, работая на подхвате у какого-то там областного архитекторишки?! Все сбережения на поездку грохнула? И что? Это ведь для карьеры Авроры! И вообще, зарабатывай больше, раз тебе не хватает. Впервые на курорте? Планировала провести время на пляже, попивая коктейль, а не носиться с шашкой наголо, проталкивая сестру в светлое будущее? Эгоистка! Только о себе и думаешь!
Почему не мама, так радеющая за свою дочь, должна помогать, почему сестра? Да потому что только непроходимая дура, как я, не понимает, что гордые родители должны сидеть в первых рядах, у самого́ подиума и наслаждаться триумфом родной кровиночки! Такой красивой, такой во всех смыслах уникальной! Папина радость, мамина надежда и гордость! А деточке за кулисами помощь нужна, это твой долг сестры! А вот сама Аврора тебе, лентяйке, ничего не должна. Заруби себе это на носу. Она младшая, она красивая, она талантливая. Не то что некоторые. Подумаешь, строительный. Короче, вот тебе список, что на какой выход Авроре пода́ть нужно и не вздумай перепутать! Иди, забрось чемодан в номер и за дело. Ты и без того опоздала, вот-вот начнётся первый тур отбора! Душ потом примешь. Ну и что, что Новый год на носу? Старый Новый год потом отпразднуешь!
– Ева, не расстраивай маму! – это всё, что сказал мне папа, отводя глаза.
Оставалось только удалиться, чтобы хотя бы переварить родственную встречу в одиночестве. Плакать хотелось невыносимо. Так невыносимо, что я притормозила, едва выйдя за дверь родительского номера – нужно было продышаться и взять себя в руки, чтобы не лить слезы перед встречными.
Номер мне всё же забронировали. Соблаговолили. Соседний от Авроры, чтобы и днём и ночью на подхвате была.
Вот я и остановилась, чтобы дух перевести. И услышала приглушённый разговор.
1.2
Может и не услышала бы, разговаривай мама на пару тонов тише, но она никогда себя не смущала такой ерундой. Душа просит, значит, можно и наплевать, что её голос разносится на всю Ивановскую.
– Норинский! Твоя дочь становится всё строптивей и строптивей! Это последний раз, когда я её терплю!
– Но, Зиночка! Ты же сама её позвала, – гнусавил папа, – она хорошая девочка, приехала.
– Ещё бы она не приехала! На Гоа! – голос Зинаиды Олафовны сорвался в фазанью трель. О, я знала этот тон: дочь гордых викингов потихоньку впадала в истерию. Надо было уйти – не дай бог в коридор выглянет, а тут я с чемоданом, но последующая патетическая фраза меня остановила: – всю жизнь несу этот вульгарный крест! Мне же за мою доброту!
– Зиночка, Зиночка, не накручивай себя, у тебя аритмия…
– Не накручивай? Не накручивай?! И кто мне это говорит? Блудливый дурак! Мало того, что у тебя хватило наглости изменить такой женщине, как я! Матери своего единственного сына! Ты ещё и о безопасности не позаботился! И что? – Зинаида Олафовна явно транслировала привычный репертуар, полный трагичных вздохов и выверенных, как по хронометражу, всхлипов. – Мой муж гуляет, а я вынуждена растить его выеб…