Значит, правильные ответы разбросаны по миру? Что же тогда означают те бесчисленные вопросы в экзаменационных билетах? Что означают те многочисленные проблемы, с которыми я сталкивался на протяжении моих коротких семнадцати лет? Что значат для меня полковник Квон, который увез все мои вещи, сказав, что все это он делает ради страны и народа, или близнецы в черных костюмах, у которых речь все равно что стереозвук, или Ли Манги, который считал, что он не может поехать учиться в США лишь потому, что до сих пор не говорит по-английски свободно? Вдобавок к этому что значит для меня существование «брата Кантхо», который теперь считает, что в нем не осталось ничего женского, но независимо от этого становится красивее с каждым днем? Каково истинное лицо дяди Чжэчжина, который в сундэчжиб-ресторане, где готовят самый вкусный сундэгук, вылавливал из тарелки гущу и сундэ и выпивал только бульон?
А самым важным вопросом, на который я не нашел бы ответа, даже если бы подключил к поискам всю передовую часть человечества, был вопрос: кто же моя мать? Но даже если оставить в стороне все эти вопросы, включая самый важный, остается последний: зачем я вообще родился на этот свет? Потому что, черт возьми, это не ответ, а вопрос.
— Если мое рождение можно считать вопросом, — сказал я в шутку, — который одновременно является правильным ответом, то все очень просто.
— И что же это означает?
— Представьте, что много невообразимо красивых девочек, собравшись вместе, кричат: «Кто тот мужчина, кого я полюблю в будущем?» А я кричу им: «Правильный ответ — это я, только что родившийся», — пошутил я.
— Хм, если считать твое рождение ответом… — задумчиво начал дядя Чжэчжин, не обращая внимания на мою шутку. — Способность рассуждать, что же является вообще вопросом, совершенно точно не относится к паранормальным, но с другой стороны, ее можно использовать так же, как ты пользуешься своей сверхчувствительностью, чтобы слышать не произнесенные вслух слова не ушами, а головой…
— О, да ради Бога, прошу вас, умоляю, я был не прав. Это была шутка. Вопрос, о котором я действительно думал, таков: «Почему отец и мать были так несчастны в жизни?» — сказал я, погасив улыбку.
— А что насчет вопроса, являешься ли ты плодом любви?
— Фу, — протянул я, сделав кислое лицо, — плод любви. Если я плод, то, видимо, горький и неспелый плод. Наверно, нет ребенка, который хотел бы родиться, чтобы стать таким.
— Когда ты говоришь «стать таким», что ты имеешь в виду?
Глядя на дядю Чжэчжина, я состроил плаксивую гримасу и сказал:
— Это значит, что человек, потерявший мать сразу после рождения и проживший ровно четырнадцать лет с отцом, который всю жизнь, стоило ему напиться, размахивал перед сыном флаконом с ядом и кричал, что пойдет искать мать на том свете, — упавший с дерева незрелый плод.
— Значит, это неправильный ответ. Потому что нет такой матери в этом мире, которая рожает ребенка, зная, что он останется незрелым плодом.
— Верно. Моя жизнь была сплошь усеяна неправильными ответами. Этот факт я особенно остро, до боли в костях чувствовал во время каждого экзамена, — горько произнес я.
— Скорее всего, неправильным был не ответ, а вопрос.
— Тогда о каком вопросе думает образцовый дядя?
— Вот посмотри сюда, я сейчас как раз читаю кое-что интересное. Текст кажется знакомым, поэтому я почти уверен, что когда-то давно уже читал эту статью. По мнению ее автора, правильный вопрос следующий: почему цветут вишни? — сказал дядя, указав глазами на журнал перед собой.
— Почему цветут вишни? Потому что знают, что я появлюсь на свет. Я правильно говорю, об этом идет речь? Духовный мир образцовых студентов на самом деле лежит за пределами моего воображения, — сказал я, но…
Почему так красиво цветут вишни? Чтобы дать ответ на этот вопрос, надо было знать следующие факты. Когда от дуновения весеннего ветра белые цветы вишни падают, словно снежинки, лес одевается густой зеленью. Многочисленные живые существа делают свой первый вдох под той зеленой тенью.
Среди них и северные скворцы, которые проводят лето в северной части Кореи. Преодолев далекое море, находящееся в южной части полуострова, северные скворцы прилетают в Южную Корею в середине мая. Самец и самка северных скворцов, построив вместе гнездо, откладывают туда яйца. Когда к концу мая самка высидит яйца, на этот свет один за другим начинают вылупляться птенцы. Самка и самец, объединив силы, выкармливают их в течение примерно восемнадцати дней.