-- Как всегда... случайно...
-- А здесь ты что забыл?..
-- Меня сослали сюда после трагического падения Кассандры... она сослепу запуталась в веревках и свалилась в оркестровую яму... все, конечно единогласно, обвинили в случившемся примадонну... ни с того, ни с сего... примадонне ничего не оставалось, как встать и раскланяться... я не знаю, кто был режиссером всего этого, но играли настоящие актеры, не куклы... они вылезали из кожи... меня они забросали грязью... остервенение на них нашло... я ушел, вернулся в замок примадонны... после ссоры с мэром, она заперлась во флигеле замка... иногда поднимается в церковь... выстаивала там долгую службу с поклонами и подпевает хору...
-- Говорят, у нее была связь с органистом...
-- Не знаю... может быть...
-- Не могу вспомнить, как его звали?..
-- Это так важно?.. имени его никто не знал, а в лицо знал всякий... говорили, что он немец, но он не немец... он сумасшедший еврей... многих корчило от страха от одного его вида... лицо у него было изуродовано шрамом... в театре такого не увидишь... может только присниться... другой раз и понять невозможно, что говорили о нем... шрам он получил в войне с собаками... он появился в городе вместе с грязью, нашествие которой предсказал еще мой дядя... потом будет война с собаками и многое другое... говорил он и о конце света... и ни разу не ошибся... он первый... Кассандра вторая... я третий... она не угадала только с мужем, но тут уж судьба... одно время я был влюблен в племянницу органиста... ее звали Лиза... ей было 13 лет, мне чуть больше... блаженные были времена, но возвращения их я не хочу... я видел Лизу недавно... и знаешь, она все такая же, только пополнела... она пела в опере, потом в церковном хоре, но когда умер настоятель, голос у нее пропал... она оказалась лишней... она и сама понимала, что с ней что-то не так... какая-то странность в ней таилась... иногда она ожесточалась, царапала стены, обои, выла, кричала с визгом... успокоившись, писала плачи... однажды она пропала... говорили, что ее увез еврей...
-- Я знал органиста... встречались несколько раз у Филонова... живой и приветливый был человек... но продолжай...
-- Нашлась Лиза в желтом доме, невесомая, как тень и очень жалкая... сумасшедшие приняли ее за свою, хотя она ни с кем не заговаривала и ни на кого не смотрела... как-то она спросила санитара: "Этой зимой будут топить?.." - ответа она не дождалась и стала разводить костер в палате... ее заперли в изоляторе... она успокоилась и стала рассказывать всем, где была с евреем... они собирались покорять Америку, но попали на небо... небо их не приняло... оба вместе упали оттуда... еврей не встал, Лиза лишь подвернула ногу... зимой Лиза умерла во сне, замерзла... она любила тепло... и у нее было пристрастие к тому, чего не бывает... такая вот история... все у нее было, а счастья не было... и у меня его нет и нет...
Бенедикт умолк, глянул на Аркадия, потом на Вику, подумал:
"Она явно не в себе... да и он... девочка еще не родилась, а он уже видит ее, глаз не может отвести... может впасть в отчаяние... сойти с ума..."
-- Ты знаешь... - снова заговорил Бенедикт. - Умирая, Лиза улыбалась... бог пел ей колыбельную... если бы так всю ночь, ну, хотя бы полночи, сказала она... умолкла, глянула в окно... там кромешная тьма... она закрыла глаза и явь перешла в сон... а я едва не расстался с миром в смирительной рубашке, устав от славы и власти... случилось это в 64 года... не переступил я положенный богом предел в 70лет... в преисподней я столкнулся с примадонной... ее сопровождала свита бесов... держалась она спокойно и уверенно... я сказал бесам, кем она была, и попросил обходиться с ней любезно... помню, шествие привлекло внимание стариков, сидевших на камнях, как птицы... они узнали примадонну... по щелям и переулкам пронеслась весть о ее явлении среди грешников... многие обрадовались возможности увидеть ее своими глазами... я шел и смотрел по сторонам... я видел, как грешников сталкивали вниз с высокого и видного места... обреченные, они сопротивлялись... некоторые сами прыгали в бездну с проклятиями и угрозами... и вдруг воцарилась тишина и ужас... послышались звуки скрипки и пение... играл Паганини... пела примадонна...
Аркадий не слушал Бенедикта... он следил за Розой... она перелетала с места на место и пела в полголоса как птица...
Аркадий запел... он пел, закрыв глаза одними губами... умолк... приоткрыл веки...
Свет ослепил его... сморгнув, он увидел нежное создание...
-- Кто ты?.. - прошептал Аркадий и словно очнулся от наваждения...
Девочке было не больше 13 лет... она улыбнулась скромно и кротко... сказала, что она невеста бога...
Девочка запела плач, которому ее никто не учил...
Она пела и участливо с состраданием смотрела на Аркадия, хромого, тощего, измученного пытками... лицо его уродовал шрам...
Бесы тащили его волоком на казнь, но услышав плач, бросили...
-- Это сон... я сплю... - прошептал Аркадий и очнулся в толпе провожающих... они обсуждали его смерть, сочувствовали, говорили, что он вовремя ушел из жизни, избавился от разочарований, которых и бог не мог избежать...
Одни жаловались на жизнь, другие рыдали... были и такие, которые еще на что-то надеялись, цеплялись за воспоминания, как за спасение...
Аркадий почувствовал, что поднимается над толпой... все выше, выше...
"Ближе к богу и к благодати божьей..." - подумал он...
Увы... небо было не просто неприветливое, удручающе неприветливое...
Шел дождь, мелкий, холодный...
Беспокойно, зябко Аркадий повел плечами, отер лицо, залитое дождем...
Ветер усилился, завыл тоскливо... деревья склонились, роняя листву...
Аркадий прислушался... в завываниях ветра ему почудился женский крик, потом послышался скрежет, треск...
Аркадий привстал...
Вокруг царила тьма и тишина...
-- Что это было?.. - пробормотал Аркадий...
-- Барка налетела на камни, перевернулась и затонула... - сказал Бенедикт...
* * *
"Ночь ушла...
Встал новый день... сколько их еще впереди?..
Вика спала...
Аркадий смотрел на Вику и размышлял...
Память почти вернулась к нему...
Он вспомнил сон, девочку, ночное видение...
"Кто была эта девочка?.. Лиза?.. вряд ли... Лиза была рыжей и полной... тьма ее забрала, как добычу...
Все говорят о смерти, но что они знают о ней?.. кто ее видел?.. и кто, узнав ее, ускользнул от нее?..
-- Когда я открыла глаза и увидела тебя, я подумала, что ты мой муж... - сказала Вика...
Вика умолкла и привстала, оглядываясь...
Аркадий увидел, что глаза Вики полны слез...
-- Что с тобой?.. - спросил Аркадий...
-- Мне почудилось, что муж рядом... стоит здесь, передо мной, хотя его и нет... но какое было приятное заблуждение...
-- Кто был твой муж?..
-- Я уже говорила... он был адвокатом дяди... я любила его, прежде чем увидела... он сочетал в себе благородство чувств с тонкостью ума...
Вика умолкла... только всхлипывала... затихла...
Так они и сидели рядом, плакали и вздыхали, пока и этот день не погас...
Сколько их уже позади?..
Ночью душа Аркадия была полна смущения... сердце разрывалось от сострадания к Вике... одолевали мрачные мысли...
Он выполз из расселины, долго стоял у края обрыва, смотрел на море и небо, освещенное луной, усеянное звездами и размышлял:
"Как бы не была тяжела и ужасна жизнь, смерть намного ужаснее...
Бенедикт назвал ее улыбкой вечности... надо же такое придумать..."
Аркадий невольно вздохнул и вернулся в расселину...
Он лежал и прислушивался к дыханию Вики...
Утром Аркадий не нашел Вику рядом с собой... она уплыла к рифам...
Ночью Аркадий любил Вику и страдал, испытывая болезненно жадное томление...
И все же ожидание наслаждения казалось ему сладостным и блаженным...
Аркадий сидел на камне и размышлял...