В своих размышлениях Аркадий зашел так далеко, что уже не хотелось возвращаться... он встал и пошел... он шел вдоль берега...
Обогнув кучу камней, он увидел Вику...
Она лежала на песке, соединяя в себе красоту и слабость... кожа ее то золотилась, то серебрилась, то становилась кровавой, бледнела, снова вспыхивала...
Появление Аркадия напугало Вику...
Она встала, смахнула песок с живота, груди... движения ее были изящны, полны естественной грации и очарования...
Она прошла мимо...
Аркадий окликнул ее, ощущая трепет...
Вика обернулась, подбежала, поцеловала его...
Поцелуй был беглый, нежный и прохладный...
Аркадий очнулся...
Бенедикт лежал рядом... вздыхал, ворочался...
-- Не спишь?..
-- Твой сон мне снился, отвлекал...
Бенедикт отвернулся к стене и заснул...
Он очутился на вилле дяди...
В городе царил страх, ужас и подозрительность...
Было смутное время...
Бенедикт сидел на террасе в инвалидной коляске тети на надувных шинах и прислушивался... на его коленях лежали замогильные записки тети и ее очки...
Окно в комнату тети было приоткрыто...
Донеслось злобное, дикое завывание... потом послышался голос, нетерпеливый, звучащий как бы издалека... проникновенное пение...
Голос ослабел, угас...
Воцарилась гнетущая тишина...
И снова завывание... потом похотливые, непристойные звуки...
Звуки оборвались на безумной ноте...
Дверь приоткрылась... дядя вышел на террасу...
Таким Бенедикт дядю еще не видел...
Он ходил, хромая на обе ноги, и что-то шептал... остановился у балюстрады... он стоял и смотрел на небо, в эту бездонную безответную пропасть...
-- Что с тетей?.. - спросил Бенедикт... ему было неловко... он чувствовал себя виноватым...
-- Не знаю... весь день читала апокалипсисы...
-- Апокалипсисы?.. - пробормотал Бенедикт в каком-то ошеломившем его удивлении...
-- Говорит, осталось, может быть, день или два, самое большое... с гор волной хлынет грязь и зальет город по грудь, потом с головой... она выговаривала слова, нарочно все путая... смотрела куда-то в пустоту, вдруг глянула на меня, спросила: "Где тебя носило?.." - Я только что вернулся из песков Средней Азии... весь обветренный, в бороде зелень, кожа на лице как кирпич... что тебя удивляет?.. да, шарф арабский, а в кармане персидские миниатюры... цветы на черном фоне... могу показать... есть и миниатюра примадонны... она стала еще величественнее...
Руки у дяди заплясали...
-- Куда ты теперь?..
-- В Харьков... потом в Иерусалим... там и умру... на святой земле... да не все ли равно, где?..
Дядя умолк... больше слов у него не было...
Бенедикт тоже молчал... на лице маска жалости и почтительности...
Дядю Бенедикт уважал и терпел, как чудо божье, как небо, воздух... он ждал, когда дядя наполнился стихами, запоет...
Стихи дяди Бенедикту нравились...
Дядя так и не запел...
Бенедикт ушел побродить...
В доме было много комнат... почти все пустые, без мебели и вещей... в некоторых беспорядок...
Бенедикт толкнул дверь, вошел в комнату с решетками на окнах... на полу листы бумаги, исписанные с двух сторон... текст с рисунками пером... на стенах картины в рамах...
Бенедикт вышел на террасу, с которой открывался вид на горы и море... спустился по лестнице в сад, который снился ему в детстве... под яблоней стоял стол, усыпанный гниющими яблоками...
Бенедикт вернулся на террасу...
Дядя все еще шептал что-то нечленораздельное, слитное... на глазах слезы... в плаче он переживал нашествие грязи...
Дядя умолк и направился к двери...
-- Я еще приду... непременно приду...
-- Ну да... конечно... я верю... - пробормотал Бенедикт и очнулся...
Ему вдруг захотелось запеть, но дыхания не было... он хватал воздух как рыба...
Длилась ночь...
Аркадий и Бенедикт сидели на камне как два херувима, вспоминали покойников и улыбались...
Покойники были известными людьми...
Вспоминали они и свое детство... и не без слез...
-- Ты знаешь... - заговорил Бенедикт. - Дядю вычеркнули из списка писателей... и моего имени ты там не найдешь, хотя они и зовут меня к себе... очень любезно, но мне неловко... я лучше чувствую себя с несчастными...
Бенедикт помолчал, потом начал рассказывать сон...
Во сне у примадонны было много детей... все девочки... рыжие и весталки...
Слушая Бенедикта, Аркадий заснул...
-- Эй, проснись!.. я ухожу...
Аркадий очнулся, привстал... глянув по сторонам, он увидел спину Бенедикта...
Донеслось:
-- Мы еще встретимся, когда вернемся все сразу...
"Узнаем ли мы себя?.. Бенедикт, ответь, ты же читаешь мои мысли?.."
-- Узнаем... ты заведешь там собаку и привычку бегать... Пифагор, ты где?.. догоняй...
Послышался лай... и смех...
Аркадий невольно вздрогнул....
"И дьявол не смог бы воспроизвести этот смех... - подумал он. - Тем более понять... смех прозвучал как обвинение, но я ни в чем не виноват... моя совесть чиста... примадонна взбунтовалась, наговорила ему гадостей, прогнала, я то тут причем?.. да и не было меня там...
После ее слов: "Убирайся... ты писатель, иди и пиши!.." - я ушел... не знаю, кто накрыл ее гроб крышкой...
В гробу примадонна провела ночь... иногда она кричала, звала прислугу, или пела... потом умолкла..."
Светало...
Ночь ушла вместе со сновидениями, лишь обещавшими блаженство...
Аркадий украдкой взглянул на Вику... он вспомнил сон и покраснел, устыдился... тут же и побледнел...
Взгляд его блуждал, обличая душевное потрясение...
"Вика смущена... мне кажется, мы видели один и тот же сон..." - подумал Аркадий...
Появился Бенедикт...
Всю ночь он дописывал замогильные записки примадонны, потом сопровождал ее в блужданиях по аду...
Аркадий и Вика посмотрели друг на друга и на Бенедикта с чувством смущения и стыда, словно и он был свидетелем того, что происходило во сне...
"А что особенного происходило во сне?.." - подумал Бенедикт, он читал мысли Аркадия...
Вика встала и пошла к барке... полы плаща волочились за ней как хвост...
Аркадий помог девушке найти свои вещи в каюте...
В одежде Вика стала еще более прекрасна...
Аркадий сказал ей об этом...
Вике были приятны эти слова... она улыбнулась... она делала вид, что весела, была приветлива, но Аркадий уловил, куда были направлены ее мысли... без всякого повода девушка впадала в задумчивость, ее лицо то расплывалось в улыбке, взгляд светлел, словно она приходила в себя, то темнел, губы начинали дрожать от сдержанных рыданий...
Аркадию показалось, что Вика назвала имя мужа... возможно, она даже видела его, если только это было видение, а не его действительное явление...
-- Нам надо идти... - сказала Вика и пошла...
Аркадий немного помедлил и пошел за девушкой...
Шла Вика как-то странно, не переставляя ног... ноги ее были обернуты пеленами как у египетских мумий...
Аркадий остановился, попятился, оступился, ударился головой о выступ скалы, упал... и потерял сознание...
2
Очнулся Аркадий у воды на песчаном берегу...
Над ним громоздились иссеченные скалы...
Голова его покоилась на коленях девушки...
Девушка смочила платок в воде и положила Аркадию на лоб...
-- Я знаю, ты видел его... - заговорила девушка. - И он тебя напугал... ночью он наклонил небо и сошел ко мне... и, кажется, я зачала... я чувствую, что-то шевелится во мне, говорит, окликает. - Девушка всхлипнула. - Боже, не дай увянуть цветку своего благоволения... ты даровал мне спасение и бальзам для ран... твой спасительный поцелуй я все еще ощущаю на губах... и руку твою вижу, протянутую ко мне из темноты, когда я шла за тобой и остановилась, уязвленная муками сомнений, опираясь на стенания свои, как на стену из слитных камней...