Я так и не понял, к кому она воспылала любовью, и это терзало меня...
Она плачи сочиняла, страдала, но от какого горя?.. ей было всего 13 лет... еще и любить не умела... в тайне любила... и смеялась надо мной... даже не захотела узнать, умер я или еще живу... легкая сердцем она была... и с каждым годом красота ее становилась все ярче, а голос красочнее...
Я просыпался среди ночи, заслышав ее шаги...
Лежал, прислушивался...
Шаги затихали... воцарялась тишина, лишь собаки завывали и ветер...
Роза выросла и ушла...
Вновь я остался один...
Ничего в памяти не осталось от тех лет... все сгорело, не оставив ни пепла, ни дыма...
Я лежал в расселине, вспоминал и оплакивал себя... думал, снова начать любить, жениться, завести детей... нет, лучше одиночество...
Любовь - это наказание божье...
Как-то я увидел Розу на сцене... я только глянул на нее, дух захватило...
Она меня не узнала... я стал копией Бенедикта... хромой, худой, лицо уродовал шрам...
Даже не знаю, как я вернулся на остров...
Я то малюткой вижу Розу, то девицей то старухой с дюжиной мопсиков... ей было за 70, но она все еще пылала страстью, то к девушкам, то к мужчинам...
Помню, перед сном она пила портвейн...
Раньше она приходила ко мне, теперь я к ней хожу... приду, сяду на могильный камень и читаю ей монологи из еще ненаписанных пьес...
Давно не был у нее, наверное, думает, что я нашел другую музу и радость... или умер...
Лежу, сил нет встать, как будто мне 100 лет или больше...
А вот и полная луна... явилась... светит...
Зову ее... ну не безумный ли я?..
Как я спасся, не помню... занесло меня на этот блуждающий остров на краю света или уже за краем...
С опаской ползу на свет...
Вижу, толпа мертвецов стоит у выхода из пещеры...
Как бы мне пробраться с того света на этот...
Ах, что за ужас... одна из женщин коснулась меня, в лицо заглянула с хохотом...
Их здесь как муравьев, кишат без счета... а я, по всей видимости, причислен к богам...
Я их не пугаю... они меня пугают...
Ведут они себя, как привыкли...
Скверная привычка...
Повернув налево, потом направо, я наткнулся на шествие покойников... идут прямо на меня... я подумал, растопчут, и отступил в тень...
Как же я рад, что Роза не пошла со мной, осталась в замке, доставшейся ей в наследство от примадонны вместе с собачками и мужьями... их у нее шесть или семь...
Между тем, шествие покойников продолжалось...
Я стою, смотрю и трясусь от страха... с детства боюсь покойников... и воды боюсь... приходилось тонуть... мне было 5 или 7 лет... Роза меня спасла...
Боже, а это еще кто?.."
-- Помогите мне...
-- Что?.. так вы живая... не одна из них... я постараюсь вам помочь, хотя это и не в моей власти... ну и давка... смелее... протиснулись?..
-- Протиснулась...
-- Но, где же она?..
-- Кто?.. - спросила Вика, зевая... она еще не совсем проснулась. - Где мы?.. куда ты меня завел?..
-- Там внизу я видел яхту, застрявшую в камнях...
-- Мы возвращаемся?.. в город?..
-- Куда же еще...
"Вика уснула, а я вернулся в город...
На площади вокруг женщины в мантии толпились люди... они что-то восклицали, аплодировали...
-- Что происходит?.. - спросил Аркадий женщину в очках...
-- Тише... молчите... на сцене примадонна... в прошлом году она лучше всех пропела этот плач...
-- Но она молчит...
-- Она сейчас запоет... вот, она уже готова... почти готова...
Аркадий ушел к морю...
У рифов играли дельфины, развлекали нимф и наяд...
Музы, шесть или семь, окружили Аркадия...
Или это жены Бенедикта?.. что они хотят?.. любви?..
Свои чувства Аркадий выражал им в стихах и прозе...
Вот что он пропел им, устремив взгляд в шумящее поодаль море:
-- Роза, чудо мое, с гор я спустился к тебе, думал, ты обнимешь меня, как отца... а тебе нет до меня никакого дела... знаю, почему ты избегаешь меня... ты не узнала меня... шрам протянулся через мое лицо, обезобразил... и глаз лишь один... но есть остров у меня, и пещера, чтобы ночи любви проводить до рассвета... есть и плющ, и лоза виноградная, и источник... прошлой ночью видел я мать твою... она в пучину ушла... так бы и нырнул за ней, но не родился я с плавниками... да и воды я боюсь, хотя и выучился плавать... в пучине она поселилась... что за причуда?.. лучше бы она вышла на берег... смотрит она из воды на меня и видит, как я чахну и страдаю без нее... одуматься бы мне, но нет... зову ее... увы, лишь прибой и чайки отзываются..."
Аркадий умолк... вернулся на площадь...
Опустела площадь из-за отсутствия людей...
Все ушли...
И бог удалился в свое темное место...
* * *
"Наползли тучи...
Небо угрожало и устрашало, рождало в облаках образы, для которых огонь - это роса освежающая, а гром возвещал будущее людям...
Эхо отзывалось в диких, бездушных ущельях, лишенных благодати...
Страх обращал живых в бессловесные твари...
Они выходили из темноты ущелья и шли, шли...
Шествие растянулось до горизонта...
Я узнал в толпе Вику, окликнул ее...
Вика что-то сказала и умолкла, замкнула уста, стыдясь слов...
Она не узнала меня, злополучного...
В молчании Вика взывала громогласно, в вопле протяжном не ко мне и не к утопленнику... к богу...
Я присоединил свой вопль к ее воплю и очнулся... лежу, размышляю о том, что видел во сне...
Человек смертен...
Душа человека - это дыхание бога, а тело - его слово...
Слово одевает душу плотью, сливает их в одно...
И уже бог вместо меня во мне...
Тело мое - его облачение...
Тело будет терпеть и суд божий, и наказание за грехи...
Возможно, не все так...
Это таинство, как и непорочное зачатие...
И суждения эти важные, хотя и несколько преувеличенные...
Я ободряю самого себя словами, как всякий преступник...
Хочется верить, что моя пагубная жизнь исправится через мученичество бога во мне, и я не упаду в пропасть погибели, а обрету благодать и надежду на воскрешение...
Без таинства смерти люди не могут стать иными...
Через смерть они становятся совершенными...
Это благая весть для всех грешников, которые сомневаются, но не обновиться им без бога... и не спастись...
Ничего сам человек не может в деле спасения..."
"Море опять разбушевалось...
Остров почти наполовину ушел под воду...
Я как будто плыву помимо воли, попав в топящее течение, беспомощно барахтаюсь, тону... и не двигаюсь с места... лежу, умираю, но не ужасаюсь, и не удивляюсь, наблюдаю, поддаюсь соблазну увидеть лицо смерти, в ее глаза хочу заглянуть...
Чувствую холодное ее объятие...
Я в плену у нее...
Я умер и воскрес, очнулся, наполовину в воде, другой половиной увяз в иле, в гниющих водорослях...
Я лежу, смотрю...
Все расплывчато, зыбко...
Птицы, как ангелы, серафимы и херувимы, пугают меня и смущают...
Не они ли отогнали от меня смерть?..
-- Боже, спаси и сохрани, чтобы не случилось со мной чего хуже... - шепчу я...
-- Встань с места погибели и иди к месту благодати... не медли...
Я сбросил водоросли, но идти не могу... почувствовал слабость, головокружение...
И все же я встал... иду...
Слабость постепенно отпускает, если не думать о ней...
Я похож на самоистязателя... борюсь с самим собой...
Кажется, я что-то сказал и омочил щеки слезами...
Я сказал слова, удивившие птиц и ангелов...
Птицы замолчали, а ангелы сложили крылья...
Господь всех смиряет и спасает...
Сколько еще бедствий у меня впереди?.. сколько еще смерть будет стоять за моей спиной, прислушиваясь к всхлипам и вздохам моим... скажи боже, мне несчастному...
Слышу чей-то голос...