* * *
"Весь следующий день Аркадию пришлось терпеть Бенедикта... он рассказывал о своей версии смерти примадонны и ее жизни на небе...
Аркадий слушал, пытался ему возражать, но напрасно кусал губы...
-- Такая вот история... странная и печальная... и тот, кто это задумал и осуществил, возможно, и не бог... кто мы здесь?.. жалкие подобия, но мним себя богами...
Бенедикт умолк...
Он вдруг вспомнил лица своих убийц...
"Они пытали меня... а я запел... плач был скорбным и закончил я его танцем в петле и жалким всхлипом... что было дальше, не помню..."
Весь в слезах, Бенедикт увидел озаренные закатом тучи...
В них что-то строилось...
Возникали купола, башни, улицы прочерчивали воздух...
Бенедикт провел рукой по лицу, как будто паутину смахнул... взглянул на Аркадия, подумал:
"Совсем старик... шрам его уродует... меня тоже... глаз вытек, и хромой... что он может?.. однако, не он ли сотворил все это в союзе с дядей?.."
-- Я смотрю, ты в недоумении?..
-- Я пытался вообразить тебя богом...
-- И что?..
-- Что с тобой?..
-- Опять это странная слабость и головокружение... где я?..
-- Ты на одном из западных островов... их еще называют блуждающими...
Аркадий пребывал в кромешной тьме, когда к нему кто-то обратился, назвал по имени, которое он уже не помнил... так звал его отец, лаская... он сидел у отца на коленях и сосал палец...
-- Смотри, смотри... солнце садится...
-- Уже село...
Тишь, покой, прохлада...
Звон цикад оглушал...
Скалы пытались изобразить руины города, куча камней на песке утопленников...
Они встали и разбрелись по парам... танцуют...
Ночь правила бал...
Почувствовав нежное, робкое прикосновение, Аркадий невольно вздрогнул...
-- Кто здесь?..
-- Никого... тебе почудилось, наверное...
-- Нет... не почудилось... это ты, Бенедикт?..
-- Я...
-- Мне страшно... нет опоры... внизу мерцают звезды... или это верх?.. слышу чьи-то вздохи...
-- Это твоя женщина вздыхает... снится ей что-то...
-- Ты слышал днем странный гул и остров как будто плыл, качался на волнах...
-- Нет, не помню... у меня провалы в памяти...
-- А я, кажется, теряю разум...
-- Зачем тебе разум здесь?..
-- Так это рай?..
-- А что же еще... тоже однообразие, скука...
-- По-твоему рай для безумных?..
-- Не знаю... люди не могут внятно поведать о прелестях рая... путают ад с раем... говорят, что ад - это вывернутый наизнанку рай... что только не говорят...
-- Наверное, они не были там, раз такое говорят...
-- А ты был там?..
-- Был...
-- А я побоялась войти, сел у входа... вполне приличное жилье... привратник с собакой... какие-то женщины окружили меня, повели... их было шесть или семь...
-- Продолжай...
-- Не знаю, что им было нужно?.. Пифагор зарычал и они исчезли... а я очнулся... скажи, небо там есть?..
-- Нет...
-- Ну да, конечно... там все небо...
-- И рек там нет...
-- Что ты там испытывал?..
-- Не помню... может быть, чувство одиночества...
-- А я ощущал себя пострадавшим... и я не любовался зрелищами... с каждым днем мне становилось все хуже и хуже... помню, я бредил подвалом, в котором жил еще студентом... хотел вернуться туда, забыться... я был там счастлив раз или два...
-- Что это за люди?..
-- Где?..
-- Вьются вокруг... что им надо?.. однако странно, одни женщины...
-- Кажется, я узнаю их... это небожители...
-- Там что, одни женщины?..
-- Ну да... в детстве я был влюблен в одну из них... во сне... долгом и постыдном... умолчу о прочем... да ты все знаешь...
-- Откуда?..
-- Ты же читаешь мои мысли...
-- Я?.. это ты читаешь мои мысли...
-- Ну да... наверное...
Бенедикт шагнул темноту и пропал...
"Вот и поговорили... как-то грустно и неприветливо вдруг стало... однако где же Вика?.. все еще спит, наверное... рассказать ей о Бенедикте?.. нет, не стоит... да и мои страдания покажутся ей смешными после всего того, что она пережила..."
Аркадий заполз в расселину...
Вика спала...
Какое-то время Аркадий смотрел на Вику, потом сгорбился и лег у стены...
Аркадий погрузился в сон как в трясину... повис, пытаясь нащупать дно... и со вздохом облегчения очнулся, но еще долго терзался от бессилья хоть что-то изменить в том, что ему открылось...
* * *
День был хмурый, неприветливый...
Появление Бенедикта обрадовало Аркадий...
-- Бенедикт...
-- Да...
-- Давно хотел тебя спросить... ты меня слышишь?..
-- Спрашивай...
-- Ты предсказал нашествие грязи, войну с собаками... а что будет с островом?..
-- Этот остров один из многих блуждающих островов... их соберется целая стая... и все они уйдут на дно...
-- А я?..
-- И ты уйдешь?.. оставишь меня в безутешном одиночестве...
-- А что будет с женщиной?.. забыл, как ее зовут... память то покидает меня, то возвращается...
-- Ее зовут Вика, как и мою племянницу... не станет она твоей...
-- Ты уверен?.. - у Аркадия на глазах выступили слезы...
-- Уверен... хочешь, я обниму тебя...
-- Да... еще, еще...
"Что это с ним?.." - Вика привстала. - Просит обнять его...
-- Эй, проснись... - Вика склонилась над Аркадием, пытаясь разбудить его.
"Лежит, не дышит, как умер... нет, пошевелился... снова этот странный подземный гул... мне страшно... скалы как будто танцуют... а эти две скалы слились в одну..."
Аркадий приоткрыл веки, сел, прислушиваясь...
"Что-то она лепечет?.. теперь рыдает... или поет плач?..
А где Бенедикт, мой ангел-хранитель?.. или бес?..
Не его ли плач она поет?.. я слышу ее еле-еле... она заснула, но губы все еще поют..."
Аркадий выполз из расселины наружу, сел на камень и стал вспоминать свой сон с самого начала... вспомнил он и своих убийц, и предсказания Бенедикта, и женщину...
"Не племянница ли она Бенедикта... - подумал он и взглянул на Вику. - Похожа... рыжая и нос его, с горбинкой... меня разбудила, а сама заснула... спит и что-то видит во сне, веки подрагивают..."
Аркадий встал, обошел груду камней, и снова заполз в расселину, лег рядом с Викой...
Он лежал и соблазнялся...
"Время как будто остановилось... превратилось в вечность...
А облака плыву, плывут...
Вика спит, разметалась..."
Аркадий коснулся ее руки...
Она вздрогнула, отодвинулась... вздохнула...
"Слышит ли она мои вздохи?.."
-- Слышит, слышит...
-- Что за наряд на тебе...
-- Это пыль пустыни, одежда монахов... сон унес меня и сделал любовником песка...
-- А я был в море, развлекал нимф и наяд, хотя и боюсь воды...
Прошел час или два...
В расселине посветлело...
-- Боже, как же я устал... - сказал Бенедикт, заползая в расселину...
-- Ты как всегда...
-- Что, опять не вовремя?.. или некстати?..
-- Где ты был?..
-- Не помню... а ты?..
-- Сон куда-то унес меня и бросил...
-- Не сон, крылья вдохновения тебя унесли...
-- Смутно помню, кажется, я был в Средней Азии... тонул в песках, песок все еще скрипит на зубах... потом я карабкался по лестнице Иакова... внизу я видел нашествие грязи на город... грязь подползла к театру и остановилась у портика входа...
-- Сбывается мое пророчество, но продолжай...
-- Дверь была открыта... я вошел... в зале царили сумерки... я увидел сцену... какая-то женщина ходила вокруг трона примадонны, не решаясь занять его...
-- Но трон не ее ждал, он ждал другую... слова, слова... они лишь оглушают слух и утомляют разум... однако продолжай, что было дальше?..
-- Это все... театр исчез... канул куда-то в темноту...
-- Театр не умрет... из вечности он к нам пришел...
-- Когда я думаю о вечности, мне дышится спокойно... и спится...