А ещё было подорванное здоровье, вечная усталость, хотя люди и работали посменно и только в светлое время суток, конфликты между собой и подавленность. Из месяца в месяц они упрямо прокладывали путь, но так до конца и не понимали, правильным ли курсом идут, будет ли этому конец и когда они смогут увидеть соседний берег…
В один солнечный день они увидели его. И отреагировали очень спокойно. Просто заулыбались, сняли шапки, открыли от шарфов лица и просто стояли. Плакали от счастья и долго махали незнакомой обители жизни. Парни не знали, видит ли их кто-то, отвечает ли, радуется, да и, честно сказать, им было так всё равно… Уже то, что они наконец увидели свет в конце туннеля, было потрясающе, без всяких дополнительных элементов мозаики.
Строители не видели, но им отвечали. Две маленькие руки, что были так незаметны на фоне большого Плато. Дети приветствовали новых людей, хотя и не видели, что происходит на рельсах. Им бы бинокль, но умные стёкла остались у взрослых, а идти им на поклон, просить или стащить без спроса было выше их достоинства. Они верили своим глазам. А глаза говорили братьям, что постепенно, изо дня в день, блестящие лезвия становятся всё ближе и ближе.
С недавних пор день стал строиться у мальчиков по-другому. С утра они просыпались пораньше, чтобы не видеть родителей. Таскали воду в дом, готовили завтрак, брали с собой запасы еды и на целый день уходили на «своё» место. Там они построили шалаш, отвели место для костра, на котором кипятили старый полудырявый чайник. Из одного дома стащили матрас, порезали на две половины и еле дотащили до Обрыва. Постирали, просушили и подняли на склон, где лежали на нём пятками кверху только чтобы видеть дорогу.
Что они делали целый день?
Строили планы.
За бесконечными разговорами, спорами, сожалениями и обвинениями пролетал не один час. Иногда они просто уходили в лес, гуляли там, молчали, слушали звуки, лазали по деревьям, собирали ягоды и плоды, добирались до таких трущоб, каких никто не видел…
Тьма царила там, безмолвие и… невысказанные слова.
В первый раз они увидели Сердце Леса. Просто сбились с пути, решили отдохнуть, спастись от жары и забрались в самое тёмное место, где свет не проникал сквозь листву, мох рос вместо травы, а кора у деревьев была такая прохладная, что легко можно прижаться разгорячённой спиной и получить облегчение.
Так мальчишки и сделали. Каждый под своим деревом, со своими мыслями, преломляя тишину звуками.
Вначале они просто наслаждались.
Им было очень хорошо, и так хотелось, чтобы это не кончалось. Потом пришли мысли о прошлом, и обиды накрыли с головой…
Они начали говорить, шептать, слёзы пробивались в их словах, невысказанность, раздражённость… Ребята просто хотели понять, почему всё так получилось и кто виновник.
Андре и Стэн не были злыми, просто там, в темноте, когда мир их не видит и пока длится этот миг, можно попытаться выяснить правду и достучаться до ответа…
Только бы знать, кто им владеет.
«Почему?» и «за что?» – главные вопросы. Месть не нужна, им бы только понять.
В тот самый первый раз всё закончилось слезами. Ребята просто уткнулись себе в ладони, свернулись в комок и заплакали вместо слов.
Заснули, а когда выбрались из объятий корней, им было спокойно и легко.
Как будто помирились после долгой ссоры, да и не с кем-нибудь, а с самими собой.
Удивительное ощущение!..
Они обернулись.
Пять деревьев, не больше и не меньше, создали этот тёмный закуток, некий карман, переплетя ветви, коренья и стволы между собой.
Ещё не раз они туда приходили.
Мрачные, сердитые, безжалостные.
Выходили беззаботные, отдохнувшие.
Шли, болтали о всяких глупостях, смеялись, шутили и радовались мелочам.
На время им становилось легче, а потом…
Генри и Герда по-иному воспринимали события. Мальчиков своих они давно вырастили, пусть теперь закаляются своей собственной жизнью. Они не прогнали их из дома, не посадили на голодный паёк, не заставляли работать до упаду и более-менее видели их почти каждый день.
Так в чём могут быть претензии?