Туя долго выбирала кольчугу. Ее размера, как всегда, не было, поэтому колдунье пришлось довольствоваться мужской. Она натянула кольчугу на кожаный доспех Урбана, не сходящийся в груди, закинула арбалет за спину и завершила экипировку мечом, который повесила на перевязь. При ходьбе он почему-то больно бил ее по коленной чашечке.
Колдовской лес сейчас был еще менее безопасен, чем в детстве. Она до сих пор помнила, как на нее напала взбесившийся мусимон, рогатый медведь с ногами быка, и если бы Гуран не пронзил его острой веткой, то девочка давно бы уже питала траву своим крупным телом.
«Сегодня, я увижу Калмиана, — подумала она. — Уж кто-кто, а он точно будет рад меня видеть».
Туя вышла на тропинку и стала выбирать дорогу. Играть в тропинки с лесом ей когда-то очень нравилось, и она очень скучала по этой игре в обычных лесах. Колдунье захотелось пройти мимо трех, росших на одном бугре, сосен, и тропинка тут же услужливо пробежала мимо них.
Туя счастливо вздохнула. «Все-таки хорошо в Колдовском Лесу».
Где-то внутри леса бегал, как деревянный шарик на веревке, энергетический шар. Возможно даже сейчас, он, насыщенный силой прошел рядом с ней, колдуньей Туей Марильяс.
Девушка сама выбирала дорогу, ее никто не ждал, никто не звал, тропинка бежала туда, куда хотелось Туе. Колдунья чуть не проскочила сосну с удобной развилкой, на которой сидела гарпия, орлица с женским заспанным липом. Гарпия зевала.
— Доброе утро, — вежливо поздоровалась Туя.
Гарпия недовольно заморгала.
— Как думаешь, у меня родится сын или семь дочерей? — спросила она гарпию.
Гарпия искривила губы:
— Ты пуста, у тебя не будет ни сына, ни дочери.
— Это сейчас я пуста, но потом…
— Существует только сейчас, — равнодушно ответила гарпия и закрыла глаза.
Туя пожала плечами и продолжила путь, не задумываясь, куда она собственно идет. Гарпии славились своим аппетитом и жестокостью, в этом деле они с легкостью могли переплюнуть грифонов. «Хорошо, что их клан вымер», — подумалось Туе.
Девушка услышала над головой шум крыльев. Она подняла голову и увидела поджарые тела двух мраморных грифонов.
— Завтрак или дела амурные? — задалась праздным вопросом Туя.
Она прислушалась. Лес замер. Ей что-то почудилось в шепоте деревьев и приглушенном птичьем щебете. Скорее всего, подумала она, это люди, браконьеры и охотники забрались через одну из лакун, что последнее время все чаще образовывались на магическом круге.
«Крохобар совсем ослабел, он уже не может вмещать в себе силу леса».
Именно дряхлость старого колдуна вынудила юную колдунью Тую навешать на себя оружие, одеть два слоя брони, иначе любое магическое существо, вышедшее из-под контроля, смогло бы ее убить, если бы того пожелало. А этого Туя никому не могла позволить. Крохобар, как сказала Далита, последнее время чаще всего спал и во сне держал заколдованный круг, но иногда обманные сновидения уводили старика все дальше, все глубже, и он выпускал из ослабевших рук вожжи.
«Что будет, если Крохабар и Гуран умрут, а долгожданный мальчик, сильный и одаренный так и не появится? Может ли так случится, что это мой ребенок, мой сын, моя плоть и кровь будет сильнейшим среди колдунов?» — думала про себя девушка.
Над головой пронеслись еще трое грифонов.
— Точно за добычей, — решила девушка, стараясь проследить направление.
— Вересковое болото, — определила Туя и поспешила посмотреть, за кем же охотятся грифоны и попытаться спасти тех, кто еще остался жив. При нападении крылатых вранов с кошачьими гибкими телами, главное — не двигаться и ни в коем случае не бежать! Но нервов, надо сказать, маленьких железных канатиков, хватало далеко не у всех.
Она была почти уверена, что там, на болоте люди. Еще маленькой она не раз спасала из лап чудовищ людей — мальчишек, сыновей егерей, возомнивших себя бравыми вояками. Бывало, в лес забредали и настоящие охотники, крепкие взрослые мужчины, хныкавшие, как дети, когда лапы гигантского монстра — вепря, вурдалака, мантикоры, химеры выцарапывали их из брони.
«Если сейчас не успею, грифоны, эти зоркие, когтистые монстры, вмиг разорвут жертву, как только она дернется».
Запахло болотом. Под ногами явственно захлюпало. Туя, прыгая с кочки на кочки, погружалась в туман. Над головой она услышала хлопот крыльев, грифоны медленно снижались.