Выбрать главу

Прямо на них выскочил запоздалый багвин, пожилой мужчина с изрядной сединой. Он был выше всех, кого только приходилось Туе видеть, настоящий великан. Туя от удивления даже ротик распахнула.

— Какая красавица, — сказал багвин и обратился к Урбану: — Держи ее покрепче.

— Уж не сомневайтесь, — проворчал Урбан, отводя руку от пояса.

В этот момент великан бросился на Урбана, а Тую кто-то сильно дернул за руку. Она обернулась, теперь за другую руку, за правую, ее тащил Яр.

Она не стала задавать лишних вопросов и побежала за ним. Яр упрямо втаскивал ее наверх, откуда так поспешно ее сдернул Урбан. Прячась за кустами, они поднимались зигзагами. Девушка быстро запыхалась и отдала свою руку на откуп Яру. Могучий Яр тащил девушку и не жаловался. Поднявшись, они пару раз вильнули по дороге и оказались в небольшом перелеске, где их ждали привязанные кони.

— Садись, — хрипло сказал Яр. — Ты сдержишь свое слово, Туя?

— Ты спрашиваешь категорически ли я против Урбана? — тяжело дыша спросила Туя, сдувая с лица волосы.

— Так да или нет? — напряженно усмехнулся Яр.

— Категорически против! Будь моя воля, я бы вообще замуж выходить не стала, — устало проговорила девушка, теребя поводья.

— Восходящий ток так и не обнаружили, Туя, тебе все равно придется выходить замуж, — осторожно сказал Яр. И мягко прибавил:

— Как ты поступишь?

— Я сделаю, как ты сказал, Яр. Но ты должен понимать, что я, все люди и все колдуны всецело доверились тебе. Ты понимаешь, какая на тебе лежит ответственность? Я выйду за человека-героя, только пусть он докажет, что имеет право быть мужем колдуньи. А тебе, Яр, придется найти для героя испытание.

— Я найду тебе достойного мужа, Туя, я обещаю, — делая серые глаза серьезными, ответил грифон-изганник.

— Если ты мне найдешь мужа, Яр, я тебе жену найду. Уговор? Мне кажется, так будет справедливо, — сердито смеясь, сказала Туя.

— Мы же не в игры играем, — недовольно произнес Яр, яростно почесывая шевелюру.

— Как я могу еще проверить, что ты беспристрастен и ответственно подошел к делу? — Туя шутила и в то же время не шутила вовсе.

Яр промолчал.

— Итак, я полагаю, мы договорились. Прощай, Яр, и берегись Урбана, он будет тебе мстить.

— Не бери в голову. Я смогу о себе позаботиться, — сказал Яр, расправив широкие плечи.

— Да уж, я видела, как ты красиво летел, — рассмеялась девушка.

— Отвлекающий маневр, — буркнул Яр и шлепнул коня по крупу.

***

Туя не знала, чего она ждала. Какой человеческий поступок можно считать подвигом? Если бы речь шла о колдуне, тут легко определить кто сильнее — чья магия насыщенней, гуще, концентрированней, более подавляющая и т. д. А как быть с людьми? Яр говорил, что король самый могущественный и сильный среди людей, скорее всего, так оно и должно было быть, но Туе было не достаточно слов провидца, в чьем доме она спасла жизнь девушки, чуть не погибшей от бремени. Яр Морант должен ей представить доказательства силы Горлока.

У Туи совсем не было денег, а лекарственных наборов — кот наплакал. Она бесцельно брела от деревни к деревни, от дома к дому. Когда услуги колдуньи не требовались, ее гнали, опасаясь магии. Люди боялись, что колдуны сами разносят заразу, чтобы потом требовать за лечение деньги. То был результат деятельности Урбана и таких колдунов, как он.

Изредка она ночевала в домах, чаще у сердобольных старух. Туя за кров над головой прибиралась, готовила, топила баню. Крепко сжимая древко, она жадно прислушивалась к новостям. Часто она слышала разговоры, добросовестно разносимые местными сплетниками, что Туя Марильяс, последняя дочь Гурана, та, на ком держится сила грифонов, решила выйти замуж за человека, чтобы сократить площадь Колдовского леса. Слухи, как семена сорной травы, разлетелись по королевству.

Однажды в разговоре между молодыми бабами у колодца она услышала слово «виверна». Тогда Туя поняла, что время пришло.

Одна из виверн, одна из злючих крылатых тварей вырвалась из Колдовского Леса, ее видели к западу отсюда, и летела она по направлению к городку Аселляш. По дороге она привычно закусывала овечками и телочками. Люди, старавшиеся защитится от ее неумеренного аппетита, падали жертвами остроконечного хвоста и жала.