"Ты потерял контроль, Арпад Фаркаш-Бор, — сказал голос Офли у него в голове. — Ты дал мне слово".
"И я его сдержу. Я не позволю выжить монстру, — мрачно пообещал Арпад. — Только закончу здесь…"
Пламя разгоралось, хижина не была огнеупорной. Нужно было проверить, что с Норой, раз она стучала по полу, значит, она внутри… Арпад не знал, может ли уже оставить в покое монстра. Он ничего не видел из-за тьмы. Она теперь лезла изо всех щелей, подбиралась к нему, сжимала… Если он провалится в разрыв, демоны начнут беспрепятственно лезть наружу, и остановить их можно будет лишь основательным лесным пожаром…
— Назад! — заорал им Арпад, угрожая серебряным ножом. Просто вытащить Нору. Не дать ей сгореть. А потом…
— Ты где, тупица? Почему сигнал не подала?
Она лежала связанная в углу хижины, беспомощно брыкалась, в крови, с кляпом во рту. Недолго думая, Арпад схватил её за шиворот и потащил к выходу, стараясь, чтобы тьма к ней не прикасалась. Не хватало ещё одного заражённого.
Оказавшись на безопасном расстоянии от хижины, он одним движением разрезал все веревки, а потом попятился. Вот и всё. Он отвернулся от Норы и зажмурился.
"Один чёткий удар. Это просто".
— Эй, придурок, ты что делаешь? — дрожащий голос, с трудом различимый. Не надо было развязывать, с кляпом она намного более приятная особа. — Это что творится вокруг? Ай!
— Сейчас всё прекратится, — пообещал Арпад, не оборачиваясь.
Звук собственного голоса показался ему ужасным, как будто между серебряным лезвием и голосовыми связками уже не было кожи, как будто дело сделано. Но кожу повредить недостаточно, надо попасть в артерию. Арпад нащупал её дрожащими пальцами.
— Пожалуйста, не чуди.
Дрожащий голос, тёплая ладонь, такая противоестественная на холодном липком фоне.
"Борись, пока сможешь. Но знай предел своим возможностям, и поступи правильно".
Арпад пытался понять, прошло ли уже пятнадцать минут, отведённые ему Офли на то, чтобы справиться. Нет, наверное, нет. Он резко обернулся и посмотрел на Нору. Она была жива, хотя лицо снова грозило превратиться в один большой синяк.
"У меня ещё есть брат, — вспомнил вдруг Арпад. — Я не один. Самое страшное ещё не произошло".
Странно — тьма начала как будто рассеиваться. Нора перестала вздрагивать от укусов невидимых для неё демонов.
"Чёрт, какой я слабак, — подумал Арпад. — Почему не вспомнил вовремя о Фирмине? Он всё ещё есть у меня, он всё ещё жив. А значит, я тоже могу продолжать борьбу. Страх сильнее остальных чувств, но победу он сможет одержать, только если больше ничего не останется. Поразительно, что я не помнил об этом всего минуту назад".
Арпад убрал оружие в ножны и неуверенно похлопал Нору по плечу. Она не сбросила его руку, как раньше, а лишь сжала его пальцы, будто ободряя. Он ожидал, что она вот-вот начнет задавать вопросы, но этого не произошло.
Арпад ещё раз тяжело вздохнул и побрел прочь от синих языков пламени, пожиравших лесную хижину мутанта. Он опустился на корень под тем же деревом, где они сидели совсем недавно, опёрся на кору, несколько раз вздохнул и начал объяснять.
— Со мной кое-что произошло. Раз уж мы вместе попадаем в переделки, ты должна знать…
Глава 10
— Эй, вы двое!
Арпад настолько внимательно обрабатывал ссадины на лице Норы, что даже не заметил, как из Диффоука на вид дыма прибежали люди. Первым делом несколько человек оценили обстановку, чтобы понять, не распространится ли пламя на лес. Опасности не было, а тушить дом не было ни смысла, ни возможности — озеро было слишком далеко. Несколько человек побежали обратно в посёлок, кое-кто стал бродить вокруг, чтобы понять, что произошло, а двое мужчин — по виду, самых старших — приближались к Арпаду и Норе.
— Кто прикончил уродца? — спросил один из них — небольшого роста, сутулый, с густой чёрной бородой и прищуренными глазами неопределённого цвета. Походка его была странной, как будто он двигался полубоком. Казалось, он вот-вот свернёт влево, но он приближался довольно быстро, и от этого несоответствия Арпад почувствовал себя ещё более неуютно.
— Я прикончил, — сказал он, с силой сжав плечо Норы к земле, краем глаза заметив, что она собирается что-то сказать. — Это была самооборона.
— Сомневаюсь, — сказал старик. — Мерзавец крепок, а такой дрыщ как ты, с ним бы не справился.
Арпад озадаченно замер. Он даже не знал, что на это ответить. "Дрыщом" он абсолютно точно не был уже лет двадцать, и привык считать свою комплекцию довольно крепкой. Впрочем, рядом с Кев-и-Олечем любой бы показался дрыщом.
— Ладно, не важно, счетовод разберётся…
— Эй, Кривой! — окликнули старика люди, которые рыскали вокруг догоравшей хижины. — Посмотри на это! Похоже, это одежда Лэй Маудир…
Старик бросил на Арпада и Нору подозрительный взгляд и направился на зов. Арпад тяжело вздохнул и потёр ладонями лицо. Опасность, кажется, миновала, но остаток дня простым тоже не будет.
— Вставай, — велел он Норе. — Идём в трактир, приложишь к лицу лёд. К нам сегодня будет много вопросов.
Теперь жители Диффоука смотрели на Арпада и Нору иначе. Поначалу они скептически относились к их попыткам найти свидетельства нарушения закона семьёй Йерне Месарош, но теперь к ним начали прислушиваться. Большинству по-прежнему не было до этого дела, но зато люди во всех подробностях разносили весть о том, кем на самом деле оказался Кев-и-Олеч и как "эти двое его разоблачили и сожгли". История обросла домыслами и небылицами, и Арпаду было немного грустно оттого, насколько легко люди приняли весть о смерти их жуткого соседа. Будь на месте мутанта какой-нибудь красавчик, расследование бы проводилось со всем тщанием, но счетовод написала заключение со слов заезжего охотника, тем дело и закончилось.
Арпад не любил убивать человекоподобных монстров, слишком просто было ошибиться. Особенно теперь, когда он и сам, по некоторым признакам, чудовище — путеводный маяк для демонов страха. Но дело было сделано, и ошибка исключена: Кев-и-Олеч был кровожадным отморозком, и казнь определённо заслужил. Поэтому Арпад старался выбросить инцидент из головы и сосредоточиться на основной цели расследования, а именно — на гемофилах. Но это будет завтра. День и так затянулся.
Арпад вернулся в свою комнату в трактире, захлопнул дверь и рухнул на кровать. Он закрыл глаза и расслабился, а потом вдруг нахмурился и на секунду задержал дыхание. Что-то было не так. Он не мог понять, что именно: мысль не успела сформироваться до конца, но уверенности в том, что он в комнате один, также почему-то не было.
— Как и следовало ожидать, — раздался совсем рядом сиплый голос, и Арпад вскочил, выхватывая нож, хотя краем сознания уже понял, что опасности нет. — Ты наплевал на свои обязанности, Фаркаш, и просишь у гильдии помощь, чтобы разгрести последствия.
Арпад фыркнул, убирая нож, но спорить не стал. Трог Маюц был охотником гильдии и профессиональным дознавателем, а заодно и пренеприятнейшим типом, но при этом предельно здравомыслящим и осторожным. И если что-то, что он говорил, не соответствовало истине, то, скорее всего, он говорил так намеренно: то ли чтобы выведать побольше информации, то ли просто чтобы позлить собеседника. Но всё же совесть Арпада не была чиста, и он изо всех сил старался не привлекать внимания к своему левому запястью, на котором должен был находиться следящий браслет Норы. Он неохотно пожал холодную влажноватую от пота ладонь, предложил неожиданному гостю присесть и сказал:
— Я делаю в точности то, что от меня потребовала госпожа Офли.
— Странные у тебя представления о точности, — сказал Трог. — Где девчонка?
— В своей комнате, — подавив вздох, сообщил Арпад. — Это напротив.
Не было смысла что-либо добавлять. Узнай Арпад о прибытии Маюца хотя бы за пятнадцать минут, он бы убедил Нору вернуть браслет. Он ей доверял, они оказались неплохой командой, но объяснить всё это Трогу будет попросту невозможно. Арпад знал этого парня, имел счастье работать с ним раньше. Компромиссы невозможны. Даже попытка будет засчитана как нарушение правила.