Дожили! Как оклемаюсь — обязательно заведу любовника, плохенького, но реального, чтобы кукуху так не срывало от недо… нехватки мужчины в организме.
Кстати, как вот мне теперь с Максимилианом сексом заниматься? Ни эксгибиционизмом, ни кандаулезизмом я не страдала. И от мыслей о том, что за нами кто-то наблюдает, у меня не возбуждение, а фригидность увеличивалась. Мне уже отовсюду глаза милксомовских детишек мерещатся!
Выйдя из спальни, я сперва отправилась дальше по коридору вглубь башни. Сразу от разветвляющейся лестничной площадки освещение было вполне приличное: факелы с двух сторон через каждый три метра и еще люстры со свечами под потолком. Но как раз ровно за моей комнатой включался режим жесткой экономии. Свечей в болтающихся у меня над головой люстрах не было вовсе, и факелы были зажжены уже не все.
Полумрак постепенно сгущался все сильнее, но мне удалось успокоиться, и я поняла, что следит за мной только кто-то один. Поэтому, откусив яблоко, я протянула его туда, где, по моим ощущениям, находился внутристенный шпион.
Из стены тут же высунулись рука и голова Инджи. Девушка побоялась вылезать полностью, но не смогла удержаться от соблазна.
— А вы тут постоянно за всеми наблюдаете? — как можно небрежнее поинтересовалась я. Даже усмехнулась, но потом вспомнила, что теперь выгляжу не как тридцатилетняя умудренная жизнью женщина, а как невинный цветочек. И с усмешками надо теперь поаккуратнее, а то диковато смотрится, наверное.
— Нет, здесь только я, — успокоила меня Инджи. — Остальные иногда в заброшенную половину заглядывают.
— А к графу? — Сразу забыв о своих страхах о вуайеристах в стене, я быстро оценила открывающиеся возможности своего человека в тайной шпионской организации. Столько же всего можно выяснить, если тайно следить за Фелицией и ее мужем!
— Не-е-е, — отчаянно замотала головой девушка. — Там ведьма. Она злая и в стену стулья кидает. Больно. И смотреть за вами неинтересно. — Инджи, очевидно сообразив, в чем именно я ее подозреваю, гордо фыркнула. — Я сюда прихожу только за едой. Но на кухне ее больше.
И тут меня внезапно озарило. Семнадцать милксомчиков, сильных и ловких. Зачем они камнями с насекомыми давятся?
— А почему вы не охотитесь в лесу? Там же мяса навалом!
Инджи посмотрела на меня так, словно я спросила какую-то глупость, в два укуса дохрумкала яблоко вместе с огрызком и снова скрылась в стене.
А я пошла дальше бродить по замку, размышляя о том, куда потерялся призрак моей свекрови и почему, в самом-то деле, семнадцать каменных ребят (так и тянуло назвать их троллями, но они были слишком уж красивы для этой расы), живя в лесу, рядом с рекой, не освоили азов охоты и рыбалки, а промышляют воровством еды с кухни или сразу с накрытого стола.
В самом конце башни я обнаружила винтовую лестницу и поднялась по ней наверх. Третий этаж мало чем отличался от второго, разве что был еще темнее, так как здесь светили лишь факелы.
Приглядевшись, я заметила в другом конце коридоре Джейкоба, переговаривающегося с Грейс. Женщину мне было не видно, так как она находилась внутри комнаты, однако я сразу узнала ее голос. По отрывочно долетающим до меня словам я поняла, что они обсуждают крыс и то, что новая молодая госпожа совсем их не боится. Не то что предыдущие.
Очень хотелось подслушать, что еще они говорят обо мне, но для этого надо было подкрасться поближе. И тогда меня могли заметить.
Выяснив, что третий этаж отдан прислуге, я осторожно спустилась совсем вниз и оказалась на кухне.
Осторожно, не привлекая внимания, я прошмыгнула в ароматном дыму до выхода, по пути прихватив со стола открытую бутылку красного. Юркнув за дверь, я оказалась в уже знакомом мне большом зале у главного входа. Идти с вином к себе в спальню не хотелось. Поэтому я поднялась по главной лестнице до разветвления на три коридора и направилась по центральному, надеясь найти в заброшенной башне уютный уголок.
Почему-то на столе, накрытом для меня и мужа, вина не оказалось. А мне очень было нужно расслабиться. Денек сегодня выдался слишком напряженный, особенно если добавить к нему ночь, в которой я познакомилась с призраком.
Воображение у меня, оказывается, очень богатое, раз такую интригу замутило ради компенсаторности мести, которую мне в реальности не осуществить. И проклятия, и ведьмы, и привидения, и милксомы горные…
Полбутылки красного для меня — как для многих бальзамом в чай побрызгать, но, может быть, хоть усну спокойно.
Вот только все мои мечты размазались по тяжелой деревянной двери, запертой изнутри и перекрывающей мне доступ в ничейную башню. Я эту дверь и попинала, и подергала, и попыталась заколкой для волос щеколду подвигать. Бесполезно! Похоже, придется идти с бутылкой к себе, расслабляться сразу в кровати.