Он бы первый не понял, если бы я прогнулась и спустила эту странную историю её участникам, промолчав.
Нравится противостояние, разноглазый мой, драгоценный упрямец? Так и хочется иногда со всего размаху и от щедрот демоновых треснуть. Сочтут ли это покушением на императорскую жизнь?
— Думаю, — хрипловатый спокойный голос поневоле заставлял расслабиться, гипнотизировал, почти убаюкивал… гад, — я могу позволить себе рассказать тебе правду теперь. Скорее всего, ты многое уже поняла, Кара, но кое о чем просто не догадываешься в силу отсутствия информации.
Тяжелое тело чуть сместилось — и теперь я оказалась лежащей прямо на императоре. Какая честь!
— Я всё ещё жду, — сильные руки и вязкая магия анорра не давали шанса избежать разговора.
— Начнем с кристаллов, — выдохнул мне на ухо, — и с истинной жертвы Первого императора.
Ийер действительно принес свои чувства в жертву своей стране. Тогда были опасные времена, внизу свирепствовали нашествия диких ксайши, маги из Дарании охотились на женщин и детей анорров, а климат был слишком нестабилен.
Ийер и его ближайшие сподвижники сами придумали и воплотили ритуал, с помощью которого огромные части земли, вырванные из породы, взмыли в воздух. Теперь к аноррам невозможно было попасть просто так. Но у любой магии есть цена. Острова не могли парить вечно, сколь бы ни была велика жертва Императора, и тогда были созданы кристаллы.
Они стабилизировали магическое поле и придавали ему сил. Но на самом деле кристаллы были лишь дополнительной и не самой важной частью обороны островов. Да, их уничтожение приносило императору весьма неприятные ощущения, но не было фатальным.
Потому что до тех пор, пока духи — хранители держали острова, те были неуязвимы.
— Духи… это приближенные первого Императора?
— Верно, — мне достался поцелуй в висок, — их участь не так уж тяжка. На самом деле духи живут в собственном измерении вполне полноценной жизнью, и их избранницы, если таковые есть — тоже.
— И это значит, что сказка о кристаллах…
— Вечная ловушка для недовольных и заговорщиков, — спокойно признался царственный самоубийца.
Потому что мои руки, которые немного отпустили, уже тянулись к чьей-то шее.
— Что ж… Ловушка удалась. Что за фарс с моей жертвой? Проверку решил устроить?
Обидно ли было? Я понимала Первого Императора. Но понимать — не значит простить. Не так легко расстаться с только — только приобретенной жизнью!
— Не я. Первый слишком непредсказуем, — Шиэр зарылся одной рукой в мои волосы, а второй — поглаживая по спине, — я не могу его контролировать, и порой его действия доставляли мне много неудобств. Он был слишком уверен, что ты гонишься за властью и титулом, и даже то, что проклятье Бездушного немного отступило, его не убедило. Поверь, — палец нежно провели по губам. Так и хотелось отгрызть! — Он бы мог причинить тебе достаточно неприятностей. И тут всё совпало. И планы заговорщиков, и готовая ловушка, и возможность приструнить духа. Тебе не грозило ничего…
— Кроме сердечного приступа от ужаса?
— Начинаю беспокоиться за состав моей еды…
— Правильно беспокоишься, — злорадно усмехнулась, — потому что тебе наверняка не понравятся мои добавки. А Его первому Величеству я тоже придумаю что-нибудь приятное…
Осадок. Легкая обида. Понимание. Усталость.
Наверное, он действительно всё это почувствовал, потому что вдруг разом стал серьезным.
И потянулся ко мне. Обхватывая, обнимая, раскрывая разум. Узор на щеке защекотал, обдавая жаром. Таким же жаром вспыхнула рука.
А потом вихрь чужих эмоций захватил и закружил, не давая возможности отказаться, отступить и разозлиться по — настоящему.
Потому что это невозможно, когда в душу прокрадывается привкус кардамона — чужой вины, пряной сладости корицы — привязанности, обжигающий перец — чужая страсть, мягкая ягода-малина — радость, и, самое главное — горечь и сладость полыни — его любви. И пусть эти чувства не горят костром до небес, но тем ценнее они от того, кто почти уже и забыл, каково это — чувствовать.
Отомстить за свой страх и обиду я успею всегда. А пока…
— А что нападение?
— Нападение будет отбито. Леаррен тоже не был в курсе большей части плана, не переживай. Его волнение было настоящим. Но мы вывели из дворца всех непричастных, их заменили сотрудники стражи.
— А… Беаррен? Я его вызвала…
— Он в курсе дела, но, прости, тебя посвящать не стал. Тем более попытки выманить тебя из дворца действительно стали неприятным сюрпризом. Однако, сейчас всё под контролем. Заговорщики уже схвачены и пока обойдутся без нас.