Вспомнились больные глаза Радьяны. Её обреченное смирение, понимание, что навсегда останется одинокой изгнанницей. Пальцы невольно сжались в кулаки. Да, наверняка не все чаэварре такие! Совершенно точно, многие анорры не были идеальными мужьями и заботливыми отцами! Но дети не должны страдать из-за того, что родители не могут найти общий язык. Как можно обречь своего ребенка на такое?
— А они сами-то это знают? О возможности рождения женщин-анорров? Хоть кто-то? И что получается со мной? Разве я похожа на анорров? — уточнила, прикрывая глаза и стараясь взять себя в руки.
— Я тебе что, ходячий справочник по жизни расовых меньшинств? — огрызнулась ползучая неприятность, которая сейчас активно исследовала комнату. — Не знаю. Что знала — сказала.
— А я… могу передать то, что ты сказала… например, своим знакомым? — спросила скорее ради проформы. И сама ещё не могла решить, стоит ли таким сейчас делиться. Да и поверит ли мне хоть кто-то?
А, если и поверит, не сделаю ли я хуже лично себе, привлекая такое внимание? Что оно будет — можно и не сомневаться.
— Ты не анорр, — смилостивилась, наконец, чешуйчатая, — но и не чаэварре. В тебе сейчас просыпается сила, которой чаэ владеть не могут никак.
Да она как издевается, ей бы дипломатом работать, врагам нервы мотать умолчаниями!
— Я могу кого-то забыть покормить, — намекнула.
— Ты демонолог.
— Что?! — меньше всего в этом мире я ожидала услышать это полузабытое слово из сказок мира прошлого. — И что это значит?
— Ты можешь открывать Врата в Междумирье безболезненно для себя. Можешь вызывать и подчинять низших ксайши, можешь договариваться с ними. Даже с Высшими. За частичку твоей силы они выполнят то, что ты попросишь. Можешь заключать договоры, служить арбитром в спорах… много чего. Тебе твой покровитель объяснит.
— Объяснит, объяснит, — мурлыкнуло вдруг из-за угла, — Князь только оторвет тупые головы тех несчастных, что покусились на его подопечную, и обязательно поговорит с тобой о твоей силе, моя ты ядовитенькая…
О, кто-то обещал за мной присматривать! Знакомство двух гадов состоялось!
Вид Итшир, знакомая демонокошка, имела потрепанный, но бодрый.
— А кем ты станешь и станешь ли — не знает и сам Творец, наверное, — зевнула клыкастая пасть, — так что утихомирься пока и не кидай камни в воду. Лучше присмотрись хорошенько к этому симпатичному и вкусному анор-рррру, — мурлыкнула, потершись о ноги Кары, — кажется, скоро в этом дворце будет шшш-шаркоооо…
Вот уж верно. Похоже, дни моего относительно мирного существования закончились. Этот мир не терпел инертности и требовал действий. Что ж… мне и самой было безумно интересно, что из всего этого выйдет. Несмотря на проклятья и прочие неприятности, я словно сбросила сейчас с глаз пелену — и зажила полной, яркой жизнью. Той, о которой и мечтать не смела. И я никому позволю это у меня отобрать.
Часть 7. Выйти замуж — вот напасть!
Великий день! Сегодня меня наконец-то выпустили погулять, не забыв, впрочем, приставив сопровождение в виде семенящей сзади служанки. Это действительно был дворец, Итшир не ошиблась! Вот только за каким лесом меня привезли во дворец Верховного анорра? Неприятные подозрения и совпадения копились и множились, хотя верить в них не хотелось до последнего.
Яркий свет светло-голубого сегодня светила ласкал кожу, заставляя жмуриться. Несмотря на солнце, было не жарко. Благо, нарядами меня снабдили. Вот только вовсе не теми, которые были в моей комнате в доме Радьяны, а новыми. И куда более роскошными. Темный жакет, одетый поверх рубашки и бридж, заправленных в высокие сапоги, исправно грел. Было тепло, как-то спокойно и почти уютно. Платья я оставила до лучших времен, надеясь, что эти самые времена никогда не настанут. Догадывалась, кто снабдил меня одеждой, и от того было вдвойне неловко. И так увязла в долгах, как в шелках.
В этой половине дворца было удивительно тихо. Никаких придворных, как я себе представляла, слоняющихся без дела дам и кавалеров, даже слуг почти не было. Когда все-таки рискнула уточнить этот вопрос у служанки, та искренне и от души рассмеялась, сразу став на несколько лет моложе.
— Ох, нэсса, Владыка не любит, когда кто-то не занят делом. В общей части резиденции ещё остались придворные, не занятые важными делами, но здесь их нет и быть не может, на эту половину вход посторонним запрещен! Здесь располагаются только особо важные гости и некоторые доверенные лица.