Я шла по потрескавшимся плитам, отливающим на закате темным, иссине-фиолетовым отблеском.
Камень. Колонны, взмывающие вверх и оглушающая тишина. Вдоль дороги растут деревья, но не слышно ни шороха, ни дуновения ветерка, ни шёпота трав или свиристения птиц.
Только тишина.
Но не вязкая или угрожающая. Грустная. Почти печальная. И какая-то светлая. Словно я вернулась домой. Давно потерянный, забытый, почти заброшенный, этот дом преданно ждал хозяина. И, наконец, дождался.
Плиты казались бесконечными, но чем дальше я шла, тем светлее становилось вокруг. Словно восходило солнце, окрашивая высокие колонны в светлое золото.
Вдалеке показалось здание. Неказистое, едва не разваливающийся домик с покосившимся крыльцом и проваленной крышей.
Я уже задыхалась от усталости, когда всё-таки взбежала по ступенькам. Дверь была не заперта — едва не упала с петель, но, истошно скрипя, всё-таки открылась.
И я оказалась в неожиданно огромном зале, чей конец терялся где-то вдали, за клубящимся туманом.
Было холодно. В тонком платье, в котором я оказалась во сне, я продрогла как-то мгновенно, но внутри не отступало чувство, что поворачивать назад нельзя. Сдаться всегда проще. Но не всегда правильно. Иногда, чтобы понять себя, надо дойти до конца.
Нечто из глубины зала звало меня едва слышным серебристым отзвуком колокольчика, перезвоном трав, смехом ручья, отзвуком грозного грома. И ноги сами несли вперёд.
Через туман, через холод и тревожные мысли, через ранящие ноги каменные осколки.
Какое-то странное, неизведанное волшебство тронуло душу, заставляя её петь. Вперёд, только вперёд.
"Ты уверена? Какая разница, что ты там найдешь? Это не избавит тебя от проклятья. Так не лучше ли не ухудшать своё шаткое положение?".
Мысль была вроде бы и естественной, но все равно… не моей.
Чуждой. Обречённой. Слишком злой.
Я даже на мгновение остановилась, чувствуя заполошный страх от осознания того, что меня может не стать. Кому, как не мне, знать, что в этом мире и сны могут быть вполне материальны.
И тут, словно дуновением ветра, тело окутали крылья. Чужие, ласковые, вдруг ставшие знакомыми и родными. Показалось, что чужие руки бережно обняли за плечи, а голос, никогда не обретавший на моей памяти таких живых эмоций, вдруг шепнул:
— Иди. Всегда иди вперёд. И никогда не сдавайся. Сдался — значит все кончено. Но пока ты идёшь — ты сражаешься. Иди… за нас.
И я пошла.
Больше даже не пытаясь оглянуться, не думая о непоправимом. В конце концов… шанс есть всегда. Даже если кажется, что его нет. И быть уже не может. А сон не так уж плох, если в нем я чувствую себя хоть и уставшей, но здоровой и полной сил.
Не было никаких препятствий. Никаких нападений, нехоженых троп. Только тишина, пустота, ровные плиты и туман.
Наверное, это заставило бы любого другого начать беспокоиться. Бояться. Нервничать.
А мне было все равно. Даже нет, любопытно. И куда меня ведут? Куда зовут? Волосы растрепались, платье липло к телу от пота, а вот ноги… они почти сбились в кровь. И теперь идти было гораздо сложнее. Вот только я была упрямой. Всегда и в каждой частичке души.
Переставляла ноги уже в полусонном состоянии, когда туман вдруг вспыхнул золотыми искрами — и исчез. Я стояла у подножия невысокой лестницы. Её ступени отливали багрово-алым, словно там пролилась кровь. Задрала голову, невольно обхватывая себя руками.
Наверху была беседка с изящной покатой крышей, а в центре её — возвышение, на котором пылало светло-сиреневое пламя.
— Что же ты медлишь, наследница? Я уже заждался тебя, ты не спешила, — в насмешливом звонком голосе слышался упрек.
Я резко развернулась, дернулась, едва не полетев носом в землю. Но в этот момент меня подхватили, резко удержав за руку.
— Не нужно мне кланяться. Пожалуй, пока мы без этого ритуала обойдёмся… Не люблю, когда при мне обивают коленями порог моего дома.
Я задрала голову. Молочно-белый туман изысканным плащом почти полностью укрывал стоявшего. Едва заметно вырисовывался силуэт. Высокий мужчина чуть склонил голову, наблюдая за мной с незлобной насмешкой и некоторым пренебрежением.
— Кто вы? И что это за сон? — сейчас выяснить это было едва ли не самым важным.