— Олег! — радостно воскликнула она. — Я тебя не узнала!
Люда еще раз окинула его взглядом.
— А я тем более, — сказал он, показывая на нее обеими руками и разглядывая ее наряд. — Ты что, веру сменила?
— У меня муж мусульманин, — сказала Людмила, глядя на удивленное лицо Олега.
— А что, вот так обязательно одеваться? — спросил он, улыбаясь.
— Не твое дело, — обиделась Люда. — Это мое решение, что и как мне носить.
Олег понял, что сказал глупость, и попытался загладить свою вину:
— Конечно, твое, Люд. Я не хотел тебя обидеть, я с уважением отношусь ко всем религиям, — оправдывался он. — Может, посидим в кафе, поговорим, вспомним молодость? — предложил он.
— Нет, Олег, я, к сожалению, очень тороплюсь, — тактично отказалась она, вспомнив, что Ахмет был бы недоволен, узнай он, что его жена сидела в кафе с незнакомым мужчиной. — Мне некогда сегодня, — попыталась закончить она разговор.
— Ну, может быть, завтра? Ты же здесь где-то живешь? — не унимался Олег.
— Боюсь, что завтра тоже ничего не выйдет, — снова отказалась она.
— Жалко, — грустно ответил он. — Из наших видишь кого?
— Нет.
Он начинал раздражать ее.
— Жаль… А я только из Канады вернулся, десять лет там жил, представляешь? Вспоминал всех наших недавно. Соскучился очень, так хочется собрать всех, посидеть вместе, поболтать о том о сем.
— Я давно никого не видела, я только с Олей общаюсь.
— Белкиной? — удивился он.
— Да.
— Да ну?! — восторженно воскликнул он. — Блин, здорово. Как она, замужем, наверное? — поинтересовался он.
— Нет, она все еще ищет своего принца, — улыбнулась Люда.
— Засиделась наша красотка, — констатировал он. — Она все так же потрясающе выглядит?
— Она молодец, успешная бизнес-леди, очень здорово выглядит. Ей и мужик-то не особо нужен, — ответила Люда.
— Ну да, понимаю. Люд, а ты мне можешь дать ее телефончик?
— Мы недавно с ней поссорились, — грустно сказала Люда. — Не говори ей, что это я дала тебе ее телефон. Придумай что-нибудь.
— Да, конечно. Я тебя не выдам, — улыбнулся Олег.
Она достала свой смартфон, разблокировала его и нашла запись «Ольчик — подружайка».
— Записывай.
Люда пришла домой, сняла обувь и прошла с пакетами на кухню. Скинула с себя дубленку, платок повесила на спинку стула. Достала из шкафчика широкий стеклянный стакан и, вытащив из пакета бутылку виски, открыла ее и налила горячительного напитка. Она жадно выпила содержимое и расслабленно села за стол. Алкоголь с жаром разливался по горлу. Какое давно забытое чувство… Она не позволяла себе этого со свадьбы. В голове появился легкий туман. «Как хорошо и легко, — подумала она, с наслаждением отдавшись пьяному дурману. — Было бы здорово, конечно, встретиться с одноклассниками, но, наверное, они не все меня смогут понять», — с досадой решила Люда.
— Ну и черт с ними! — сказала она вслух и подлила себе еще.
День выдался морозным и солнечным. Желтое такси, проехав по улице вдоль одинаковых двухэтажных кирпичных домов, остановилось у ворот последнего дома на этой улице. Из машины на хрустящий снег под яркое солнце вышли Ахмет и Людмила.
— Вот, теперь это наш дом! — радостно сказал Ахмет.
— Ох, как я в нем буду убираться, ума не приложу, — с нескрываемой тревогой и одновременно радостью сказала Люда, осматривая со стороны большой двухэтажный дом.
Ахмет взял из багажника объемную спортивную сумку и два пакета.
— А что тебе делать, ходи и убирайся, — улыбнулся он и пошел к калитке.
Люда закрыла дверь машины и направилась во двор. Они прошли по заметенной снегом дорожке мимо нескольких высоких туй и поднялись на крыльцо дома. Ахмет поставил сумки и достал связку ключей.
— С поиском мы немного затянули, нас попросили за неделю передать квартиру, — обратился он к Людмиле.
— Я уже почти все собрала. Успеем.
— Скажешь, когда будешь готова. Вызову машину с грузчиками, перевезем все за один раз.
— Хорошо.
Ахмет открыл дверь, и они вошли в просторную прихожую, где он поставил сумку и пакеты. Не снимая обуви, он толкнул перед собой следующую дверь, и перед ними предстал большой зал, в середине которого лежал большой персидский ковер. Недалеко от окна стоял огромный дубовый стол и восемь таких же массивных стульев. Из зала в комнаты вели несколько дверей, а в дальнем углу красовалась большая винтовая лестница с коваными перилами.