Люда была ошеломлена. Она молча уставилась на своего разъяренного супруга. По ее щекам потекли слезы.
Ахмет усмехнулся и сказал:
— Я долго терпел твое отвратительное, дряблое тело, но теперь ты сама ускорила свой последний день.
Он ударил ладонью по столу и поднялся:
— А могла бы еще немного пожить, — добавил он уже более спокойным тоном.
Ахмет подошел к фильтру с водой, налил себе стакан и, не допив его, с силой швырнул в лицо Людмиле. Она успела увернуться, но стакан все же задел ее ухо и, врезавшись в стену, разлетелся на мелкие осколки. Ахмет тут же подскочил к ней и, схватив за ворот халата, с силой ударил спиной о стену. Затем кулаком правой руки он ударил ее в челюсть, от чего она упала на пол и потеряла сознание. Взяв Людмилу за волосы, он оттащил ее в зал и бросил на пол.
— Собралась она разводиться, сука, — вполголоса съязвил он. — Тебе осталось недолго, потасканная шлюха.
Прошло минут двадцать, прежде чем она пришла в себя. Первое, что увидела Люда, открыв глаза, было большое ослепляющее пятно, которое постепенно превратилось в люстру. «Я в гостиной», — сообразила она, лежа на спине и разглядывая раздваивающиеся в глазах многочисленные лампочки. Люда повернула голову в сторону, стараясь увернуться от навязчивого света. Челюсть отозвалась обширной болью, переходящей в висок. Рядом с ней лежал небольшой клок ее выдранных волос. Она приподнялась и села на полу, облокотившись спиной на диван. Ахмет был в соседней комнате, в которую была приоткрыта дверь из гостиной. Людмила видела его стоящим к ней спиной и слышала, что он говорит с кем-то по телефону. Туман в голове понемногу начинал рассеиваться.
— То есть ее наследники дочь и я? — спросил Ахмет у собеседника. — Нет, родителей у нее нет... Угу… Понял… Да, я помню, просто хотел уточнить.
«О ком это он? — задумалась Людмила, и ее руки невольно затряслись. — О боже, он говорит обо мне и о Даше! Мне грозит опасность серьезнее, чем я думала. Он говорит о наследстве... Он задумал меня убить? — судорожно соображала она. — Дашка тоже в опасности, ведь он ни перед чем не остановится, чтобы заполучить дом, — смекнула Людмила, и мысль о дочери придала ей сил. — О боже, какая же я дура…»
— Мне сегодня будет нужна твоя помощь, — сказал кому-то Ахмет по телефону. — А как ты хотел? Должок за тобой, — сказал он собеседнику.
Он еще что-то говорил в трубку, но Люда уже не слушала.
«Он покончит со мной сегодня», — решила она и тихо поднялась, облокачиваясь на диван, который предательски скрипнул. Людмила замерла, наблюдая за Ахметом, но он не услышал. Ахмет по-прежнему стоял к ней спиной, смотря в окно, и внимательно слушал собеседника. Она поднялась и осторожно, наблюдая за ним, прошла в коридор. Там, быстро надев сапоги, Люда схватила куртку и на цыпочках вышла из дома, прикрыв за собой входную дверь.
На улице Люда поспешно надела куртку и застегнула молнии на сапогах. Ее машина стояла на участке, но она понимала, что, если попытается ее завести, Ахмет непременно услышит. И пока будут открываться автоматические ворота, он успеет выбежать из дома. Значит, этот вариант отпадает, остается только бежать.
Она стремительно побежала через двор к калитке. Ей повезло: Ахмет отвернулся от окна как раз в тот момент, когда Люда бежала по двору. Выскочив со двора, она пересекла проселочную дорогу и помчалась в заснеженный лес. Здесь ее ноги сразу же увязли в сугробе.
Ахмет закончил разговор по телефону и задумчиво вошел в гостиную. Его неприятно удивило отсутствие супруги, и он негромко позвал ее:
— Аиша! Аиша, где ты?
Но дом отозвался тишиной.
Быстро осмотрев комнаты, Ахмет понял, что произошло, и, втиснувшись в ботинки, выбежал из дома. Пробежав по двору, он с силой пнул калитку и выбежал на освещенную тусклыми фонарями улицу. Огляделся по сторонам. «Собаки соседей молчали, значит, она побежала в лес», — смекнул он. Ахмет устремился к единственной тропинке, ведущей в чащу леса.
Людмила боялась бежать в этот дремучий лес, примыкающий к поселку, но сейчас он стал ее единственной защитой и спасением. Она понимала, что оставляет следы на снегу, но сегодняшний снегопад, быть может, как-то поможет ей. Бежать по лесу было просто невозможно, ноги то и дело утопали в сугробах. Пройдя метров пятьсот, она остановилась отдышаться. И в этот момент услышала голос Ахмета:
— Аиша! Я все равно найду тебя!
Она поняла, что он находится от нее метрах в трехстах.
Надо бежать, надо бежать что есть сил. И Люда побежала дальше. Наступив в сугроб, она почувствовала, как что-то впилось в нее. Вынув ногу, она увидела, что ветка сильно разодрала ей колено, оно кровоточило. «Если я буду уходить левее, то выйду к тропинке», — подумала она и ринулась туда. Днем лес не казался Людмиле таким страшным и угрюмым, и она иногда гуляла здесь, пытаясь скрасить скуку. Наконец выйдя на тропинку, она обрадовалась, что та была не слишком занесена снегом. Здесь часто ходили люди из поселка, прогуливаясь со своими собаками. Но сейчас на тропе было пустынно, и по ней Людмила побежала в чащу леса. Добежав до места, где тропинка раздваивалась, она остановилась. Нужно принять решение, в какую сторону бежать дальше. Если идти левее, то через несколько километров она выйдет к автозаправочной станции, и оттуда можно будет попробовать уехать на попутке. Дорога в правую сторону километров через семь-восемь выведет к небольшой проселочной дороге, разрезающей лес на две части, и по ней, скорее всего, можно выйти на шоссе, но это намного дальше. «Нет, мне от него не уйти», — подумала Людмила.