Двое сотрудников полиции приехали примерно через полчаса. Могли бы и поторопиться, подумала я про себя.
— Здравствуйте, гражданка, что случилось? — скучающим голосом произнёс сотрудник полиции, в должности которого я не смогла разобраться, потому что ни хрена не смыслю в этом.
— Здравствуйте, понимаете, чужой человек меня выгнал из собственного дома. И теперь я не могу попасть внутрь. Он угрожает мне. — Попытавшись прикинуться жертвой, я сделала максимально жалобный голос, хотя… почему прикинуться? Я вообще-то натуральная жертва. — Мне было очень страшно, — чувствуя, что переигрываю, произнесла я.
— Где ваши документы?
— Всё осталось внутри. Паспорт и все мои вещи. Я выросла в этом доме, а этот человек — хоть и приёмный сын бабушки и дедушки, но фактически чужой для нашей семьи. Он зачем-то приехал вчера и стал вести себя как хозяин. Если бы я была предусмотрительнее, не впускала бы его в дом.
— Разберёмся, — уверенно произнёс второй. И от его слов я обрела ещё большую уверенность. Еле сдерживая победную улыбку.
Позвонив несколько раз в звонок, дверь открыла Оксана.
— Здравствуйте, чем могу помочь? — встревоженно спросила она.
Критическая дура. От злости я сжала челюсть и кулаки одновременно. С каким бы удовольствием я вмазала ей по её смазливому лицу. Лицемерка.
— Гражданка уверяет, что это её дом. Мы можем войти?
— Не можете, — из-за двери показался он.
Ну давай, начинай свою комедию. С удовольствием посмотрю, как тебя скручивают и засовывают в полицейскую машину. Сопротивление полиции вообще-то тянет на статью — я видела в какой-то передаче. Сложив руки на груди, смакуя происходящее, я ждала, когда его позорно возьмут за шиворот и выволокут отсюда.
— Извините, господа, но это частная собственность. Насколько я знаю, ордера на обыск у вас нет. Не знаю, что вам наговорила эта леди, но это мой дом. — А дальше происходит то, что не поддаётся никакому объяснению. — Вот все документы, в том числе мой договор и выписка из ЕГРН — всё на моё имя. — Он протягивает всю кипу бумаг вместе со своим паспортом полицейским. Они несколько минут внимательно изучают документы, а затем просто отдают их ему в руки.
— Простите за беспокойство. Всего доброго, — говорит тот, что пониже, и тут же обращается ко мне: — Вы, гражданка, должны проехать с нами для установления личности и составления административного протокола за ложный вызов.
— Что? — Мои глаза чуть не выпали из орбит от шока.
— Господа, я думаю, не стоит возить девушку в участок. Вот её паспорт. Это Моисеева Александра Сергеевна— моя племянница. Она совсем недавно потеряла близкого человека, до сих пор очень тяжело переживает его потерю. Иногда просто не ведает, что творит. К врачам ехать отказывается, бунтует. Я пустил её пожить к себе по простоте душевной, а она всё перепутала и решила, что это её дом. Мы тут сами по-родственному всё порешаем.
Словно в каком-то чудовищном сне я стою и слушаю всю эту ахинею, которую несёт этот идиот.
— Не верьте ему! Он мошенник! Да, это поддельные документы! Это мой дом! Я в нём выросла! — Это всё, что я смогла выжать из себя, оправдываясь.
— Так может, мы её к врачам и отвезём, раз всё настолько плохо?
Не веря своим ушам, я снова хотела возразить, но словно сам Сатана прижал меня к своему горячему телу. Марк обнял меня за плечи и стал нежно поглаживать мою обнажённую кожу. От его нежности я на секунду потерялась.
— Ещё раз извините, — дружелюбно произнёс Марк, возвращая меня в реальность.
— Всего доброго! — ответил ему полицейский, странно покосившись на меня, словно запечатлевая в памяти ещё одну сумасшедшую в своём районе, после чего развернулся и пошёл следом за коллегой.
— Ещё один такой закидон, Александра, и ты будешь кормить червей в лесу, — бархатным голосом, чуть слышно, произнёс он. — Мне не нужны лишние проблемы.
Он отпустил меня из своих объятий, как только полицейские вышли за ворота, заглянул за порог и вынес две большие чёрные сумки. Не нужно было обладать высокой проницательностью, чтобы понять — там были мои вещи.