Я не игрушка. Он не имеет права измываться надо мной и моей жизнью.
Я дура. Просто больная дура.
Всё, что я должна к нему чувствовать, — отвращение и ненависть.
Слёзы текли по щекам, пока я убегала, зная, что меня никто и не собирался догонять.
15
Это была первая ночь за последние несколько дней, когда я спала как убитая. Нервное потрясение, усталость и стресс однозначно дали о себе знать.
Я открыла глаза и потянулась за телефоном. На часах было почти восемь утра. В панике соскочила с кровати и стала как сумасшедшая бегать по квартире, не понимая, что делать в первую очередь и за что хвататься. Забежав в ванную, умылась ледяной водой, чтобы хоть немного прийти в себя. Когда окончательно проснулась и осознала весь ужас ситуации, меня бросило в холодный пот. Я не услышала будильника или отключила его и легла спать дальше.
— Монстр меня убьёт...
Я побежала в комнату с зубной щёткой во рту и стала переодеваться. Сегодня точно не до утреннего душа. В один миг собралась и вызвала такси — на автобус я уже опоздала. Вот почему Марк не приехал за мной сегодня — это было бы очень кстати.
Отдать почти две с половиной тысячи было жалко за довольно ужасную поездку в машине даже не премиум-класса.
Торопясь, я прошла пост охраны, показала паспорт и почти бегом двинулась дальше. В кабинете, на удивление, меня никто не ждал.
Рабочий день, как ни странно, был спокойным. С утра на столе уже ждали горы документов с приклеенными цветными бумажками, на которых были написаны задания и сроки их исполнения.
В обед я пошла в столовую и села, как всегда, в укромный закуток за столиком в углу, чтобы спрятаться от любопытных глаз. Но это не помогло скрыться от улыбчивой и до ужаса навязчивой женщины с пергидрольными волосами и ярко-морковной помадой. Она поставила свой поднос напротив и без спроса села за мой стол.
Я выглянула из-за угла — свободных столов было полно. Не обращая на неё внимания, продолжила есть и листать ленту в соцсетях.
— Ты так похожа на своего отца, — слишком оживлённо прервала молчание она.
Замерев с вилкой у рта, сначала хотела проигнорировать её слова, но упоминание об отце заставило моё сердце дрогнуть.
— Спасибо, все так говорят, — достаточно сдержанно ответила я, давая понять, что не намерена вести дружескую беседу.
— Для всех твоё появление стало шоком. Мы-то сначала думали, что ты, как и все, сразу сядешь в кресло начальника. Но ты, конечно, повод для гордости и обсуждения — дочь самого Моисеева, — она выделила это каким-то наигранным тоном. — Работаешь на такой должности, да ещё и под руководством Катерины-перины.
Перины? Господи. Ну и прозвище... Могли бы придумать что-то пообиднее. Видимо, совсем дела плохи с фантазией. Детский сад какой-то.
— Как она, кстати? Не сильно на тебя наседает? — не могла угомониться моя незваная собеседница.
— Пф. Пусть только попробует.
— Ну я так и думала, что у вас плохие взаимоотношения. Конечно, чему тут удивляться.
Интересно, откуда у этой болтушки такие познания в области наших взаимоотношениях? Может, отец рассказывал ей когда-то про драку в школе. Ну и память... Феноменальная. Надо же.
— Я, кстати, Валентина Ивановна, — мило улыбнулась она.
— Я Александра, но вы и это все уже знаете.
На моё саркастическое замечание она лишь хихикнула. Потом продолжила бессмысленную болтовню, успевая пережёвывать пищу и запивать её водой. В основном рассказывала сплетни о сотрудниках, которых я, к слову, даже в лицо не видела. Я молча пропускала мимо ушей её бесконечный поток слов. Когда я доела пирожное, встала и взяла поднос.
— О, ты уже всё?
— Да.
— Ну спасибо за компанию. Я, кстати, работаю на первом этаже в десятом кабинете — забегай.
— Ага. Спасибо, обязательно, — "Никогда", — подумала я и пошла прочь из столовой.
Надеюсь, это разовая акция и это больше никогда не повторится.
Оставшийся день я ждала подвоха, мне казалось всё довольно странным — ко мне так никто и не нагрянул. Никто не унижал, не обзывал и не орал.
Я могла бы записать этот день в один из чудесных за последние три месяца, если бы не пергидрольная болтушка.