В темноте силуэт Марка освещал только лунный свет. Он стоял спиной ко мне и смотрел в окно. Я сделала вид, что его нет — это единственное, что пришло мне в голову, — поэтому быстро скинула туфли и зашагала на кухню. Положила букет на стол, включила свет и стала искать вазу, при этом достаточно громко хлопая кухонными шкафчиками. Когда я наконец нашла вазу подходящего размера, трясущимися руками взяла ее и стала набирать ледяную воду. Приготовила инструменты для ухода за цветами и, взяв первую розу, секатором отстригла несколько сантиметров на ножке. Это действовало на меня медитативно. Обработав с десяток цветов, я наконец почувствовала спокойствие.
Марк медленно подошел и встал рядом. Не сводя с меня тяжелого взгляда, он подавал мне по цветку. Мы работали синхронно. Я так сильно боялась разрушить эту хрупкую идиллию и старалась не поднимать на него глаза и вовсе не дышать. Все казалось таким естественным: мы рядом, на кухне, ночью, занимаемся обычными бытовыми делами. Если их можно назвать обычными — вообще-то мы обрабатываем цветы, которые мне подарил другой мужчина.
— Как прошел вечер? — Конечно же, Марк начал разговор первым.
— Отлично.
— Уже трахалась с ним?
Секатор выскользнул у меня из рук от такого грубого и неожиданного вопроса. Я подняла на него гневный взгляд, не успела и рта открыть, как он выдал свое следующее заключение:
— Значит, еще пока нет! Хорошо!
— Как ты смеешь? Ты игнорируешь меня всю неделю, а потом заявляешься сюда без спроса, еще и оскорбляешь меня! Ты мне никто, Марк, и моя жизнь не имеет к тебе никакого отношения! И то, с кем я сплю, тебя точно не должно волновать, особенно после всего, что ты сделал!
— Ну, чисто технически я твой дядя. Я волнуюсь за тебя. — С издевкой сказал он.
— Ты больной ублюдок! Извращенец! — не выдержав, выпалила я и ударила его ладонями в грудь. Но не остановилась — гнев закипал, я готова была обрушить на него всю свою ярость. — Тебя возбуждает подобная грязь?! Ты мне НИКТО. НИКТО! Мы чужие друг другу люди! Мы не родственники и никогда ими не были! — Меня бесили его слова, а он просто стоял, ухмыляясь, будто все происходящее лишь забавляло его. — Ненавижу тебя! НЕНАВИЖУ! — Я снова замолотила ладонями по его груди.
Он резко схватил меня за шею и прижал к стене.
— Осторожнее, Александра. — Он провел идеально выбритым подбородком по моей щеке. — Я ведь и вправду могу возбудиться. Вряд ли второй раз ты сможешь оправиться от этого. — Небрежно отпустил мое лицо, чуть толкнув в сторону.
Я опустила голову и покачала ею.
— Ненавижу… Как же я ненавижу тебя… — прошептала я.
Он поправил пиджак и застегнул его на пуговицы.
— Чтобы больше я не видел тебя рядом с этим ублюдком. — Достал из кармана пачку сигарет, чиркнул зажигалкой. Пламя слегка озарило его лицо. Он закурил, выпуская ароматный мятный дым в мою сторону.
— Гори в аду, дьявол. — вымолвила я.
Марк засмеялся.
— Знаешь, иногда ты бываешь забавной.
— Катись к черту. Я буду встречаться и трахаться с кем захочу. Я тебе не принадлежу и не иду в придачу к наследству отца.
Он нервно затянулся. Густое облако дыма добралось до моего лица, хотя мы стояли уже на приличном расстоянии.
— Не создавай себе еще больших проблем.
— Себе или тебе?
— Ты не знаешь, с кем связываешься!
— Вы заботитесь обо мне, дядя? — Истерика вырывалась наружу, я не могла контролировать поток мыслей и боли, разрывавших сердце и душу. Как же я хотела, чтобы он ушел и больше никогда не возвращался.
Он вопросительно поднял бровь, видимо не оценив моего сарказма.
— Что я должна сделать, чтобы ты исчез из моей жизни?
— Начни хотя бы с малого — больше не встречайся с Богатыревым.
— А что, если он мне нравится?
— Разонравится. Мир большой, мужиков полно.
— Тебя бесит, что именно он обратил на меня внимание? Почему? Ревнуешь?
— Я не ревную, Саша. — Это «Саша» было произнесено с такой особой нежностью, что я чуть не растаяла, но вовремя успела взять себя в руки.