— Ты мне просто противен. Я не хочу с тобой ничего выяснять, это дела прошлого. Но скажу: как бы ты ни старался отмыться «праведными» поступками и помощью Министерству, мы-то всё равно помним, какой ты на самом деле.
— Уизли, - предупреждающе зарычал Малфой, сузив глаза до щёлок. - Не стоит меня злить.
Предатель крови всё же нащупал, куда можно бить.
«Пожиратель Смерти». Клеймо, от которого в этой жизни Драко ни за что не отмыться. Может, поэтому Грейнджер раз за разом выбирает этого «святошу»?
И когда рыжий придурок сдавленно хохотнул «Я должен испугаться? Ты мне угрожаешь, Малфой?», то время в комнате остановилось. Картинки проносились в голове Драко так молниеносно и ярко, что он даже застыл на секунду:
— Как поживает твоя благоверная супруга?
— Что? - страх в мутно-голубых глазах.
— Я надеюсь, она успела поведать тебе о своих любовных приключениях перед вашей свадьбой.
— О чём ты говоришь? - ужас и боль. «Да, то, что нужно!».
— О, так ты не в курсе. Она тебе наставила рога ещё до вашего идеального брака.
От веснушчатого лица отливает краска.
— Ты лжешь! - здоровенная рука импульсивно хватает его за ворот водолазки, подтягивая к себе.
— Неприятно слышать правду? А знаешь, с кем она трахалась? - ближе, ближе, выдыхая томным шёпотом и безжалостно растягивая слова, в самое ухо. - Со мно-ой.
Уизли толкает его и бьет кулаком в лицо. Это возвращает Драко в реальность, но он, не в силах сдержать свой порыв, повторяет тот же вопрос, что уже вертелся на языке:
— Как поживает твоя благоверная супруга? - ласково, воскрешая образ пьяных кофейных глаз с поволокой и шёпота «я твоя, твоя, твоя». - Как ваш крепкий и счастливый союз?
И это то, что он мечтал увидеть. Грезил об этом.
Грейнджер всегда выбирала уничтожить и втоптать в адский ад именно Драко, заботливо оберегая состояние своего тупоголового дружка, но и этому должен когда-то прийти конец. Например, сейчас.
— Тебя это не касается, - он на секунду отвел глаза от Драко, давая понять, что слизеринец попал в точку. И Малфой не намерен был сдавать позиции.
— Да ну? - вкладывая всё, каждый эпизод, воспоминание, каждый стон этой сучки, которая вертит ими, как марионетками. Мерлин, это ведь Грейнджер причина того, что Драко набросился на этого жалкого, ничего из себя не представляющего мужчинку. Как же низко он пал. Но заметив то, как у Уизли рухнула какая-то декорация, за которой он несколько лет прятался от реальности, Драко почувствовал мстительное удовольствие, расползающееся теплом по телу.
Рыжий замер, растерянно застыв с каменной маской на лице. Это то, что мужчины понимают без лишних слов. И прямо сейчас это знание дошло даже до такого умственно-отсталого представителя сильного пола, как Рональд Уизли.
— Ну, раз зелья тебе не нужны, я, пожалуй, пойду. Не грусти тут!
Драко действительно хотелось оставить рыжего переваривать новую информацию, которую Святая Грейнджер не удосужилась ему открыть. Продолжая делать из своего муженька конченного идиота.
— Малфой! А ну стой!
«Сколько отчаяния. Но нет, мне не жаль тебя. Ты сам хотел не замечать очевидного. Так что теперь расплачивайся, Уизел».
— Да ни за что. Нам нечего обсуждать. «Дела прошлого», как ты говоришь, - Драко подчеркнул последние слова, ловко переворачивая смысл выражения, которое использовал сам гриффиндорец пару секунд назад. Ему хотелось поскорее убраться от физически ощущаемого облака из боли, которое собиралось поглотить Уизли целиком с минуты на минуту. Как раз тогда, когда все пазлы в его черепушке сойдутся.
«Интересно, он убьет меня?» - как раз на этой мысли, Драко почувствовал горяченную пятерню на плече. Эта рука, лапающая на постоянной основе Грейнджер, была равносильна расплавленному металлу - кожу будто прожгло до самой кости.
Зашипев, слизеринец вывернулся и, дрожа от исступленной ярости и боли, процедил сквозь сомкнутые зубы:
— Руки.
«Ты не смеешь трогать меня, кретин».
На Уизли было тошно смотреть. Он отчаянно боролся с самим собой, с той реальностью, которая не желала укладываться у него в рыжей бестолковой голове. И Драко не планировал няньчиться ни с ним, ни, уж тем более, с его чувствами.
— Что у вас тут происходит? - прогремел голос Поттера, отражаясь от стен, и застигнутые врасплох мужчины моментально отшатнулись друг от друга. - Никаких драк. Вы что это, серьёзно? Что за повод?
«Ваша Золотая Грейнджер. Представляешь, Поттер?» - язвительно пропел внутренний голос, но Малфой, быстрым взглядом оценив заблокированную способность Уизли к ведению беседы, холодно и чётко проговорил: