Карие глаза проследили за тем, как Гарри помогал Драко с тяжелой ношей на руках подняться на ноги. И скользнув тоскливым взглядом по фигуре слизеринца, Гермиона медленно выдохнула через рот.
У неё и вправду больше не осталось сил бороться с самой собой. И обманываться.
Она бы сейчас тоже хотела потерять сознание, чтобы уютно устроится в знакомых руках, для того, чтобы этот очаровательный мерзавец унес её подальше отсюда. Навсегда.
Малфой двигался медленно с ровной напряженной спиной, словно его лопатки сшили вместе и завязали тугим узлом, пока Гарри шел рядом с ним и, хмурясь, серьезно доносил слизеринцу какую-то свою мысль, но Гермиона не могла разобрать с такого расстояния, что именно Поттер пытался втолковать своему бывшему школьному врагу.
На секунду платиновая голова мотнулась в сторону, оборачиваясь на оставшихся участников немой сцены, и, найдя глазами Гермиону, Драко цепко всмотрелся в её черты. Гриффиндорка задохнулась, не в силах отвернуться, пока Малфой сам не отлепился от её глаз, усилием воли заставив себя вновь смотреть себе под ноги.
«А что если… он просто…» - но у неё не хватило духу закончить и обличить в конкретное слово то самое «просто», которое ей удалось уловить только что в этом взгляде. Что-то крохотное, похожее на снитч, затрепетало под рёбрам своими тоненькими крылышками.
«Нет, только не надежда!» - захотелось застонать в голос. Мерлин, кто бы знал, что за путешествие души Гермиона Грейнджер-Уизли прожила за эти секунды, в чём успела признаться и как нуждалась теперь в тишине и спокойствии.
— Я… не знаю, что на меня нашло, - виновато произнес Рон, глазами ища поддержки у присутствующих. - Мерлин, я не думал, что…
Его пятерня почесала затылок, он нелепо замолчал, не сумев подобрать нужных слов.
— Да, ты же не знал, что так будет, - подбодрил Трэвис, в подтверждение хлопнув Уизли по плечу. - Не парься. Дамы просто чувствительнее мужчин.
— Ой, да не в этом дело! Она больна, ты что, не видел цвет её магического отпечатка? - проговорила Шарлотта, разочарованно поднимаясь со своего места и совсем неделикатно поправляя на себе юбку.
«Больна?» - почему-то Гермионе стало нестерпимо жаль эту крошечную красивую волшебницу, а в душе не осталось ни капли ревностного яда.
Американка же сокрушенно вздохнула и, состроив обиженную мордашку, совершенно бестактнейшим образом протянула:
— Ну-у, вот… Игра теперь испорчена! А было так увлекательно!
Щелчок. От накопленной взрывной энергии внутри у Гермионы включился неуправляемый тумблер, и девушка подскочила со своего места, за микросекунду рассверипев до состояния самого опасного грифона:
— Да что ты вообще несешь, идиотка?! Какая к чёрту «игра»?!
Она презрительно оглядела опешившую блондинку, затем послала уничижительный взгляд её жениху и красочно развернулась, как умела только она - разрубая пространство своими волосами, словно самым острым в мире мечом.
— Гермиона? - эхо оторопевшего голоса Джинни дотронулся до вытянутой в струну спины миссис Уизли, но она решила не оборачиваться.
Гриффиндорку колотило от пережитого, она стремительно шагала прочь. Прочь от этой девицы, прочь от этих министерских опостылевших рож, прочь от Рона, от Джинни, с её тоненьким голоском, полным неверия…
Гермионе хотелось скрыться, убежать. Побыть одной и переварить всё пережитое.
Она почти бегом, через одну ступеньку, поднималась по лестнице, пока не услышала оклик. Девушка уже было занесла ногу, но передумала ступать на деревянную половицу. От предстоящего разговора уже не было смысла сбегать. Она и без того слишком долго откладывала неизбежное.
Гермиона решительно обернулась.
— Подожди… - запыхавшийся Рон грузно поднимался вслед за ней, пока они не поравнялись в росте, глядя друг другу в глаза. Муж стоял на ступеньку ниже, но гриффиндорка под его умоляющим «скажи-пожалуйста-что-это-неправда» взглядом, чувствовала себя крошечным эльфом, желая стать ещё на порядок меньше, а то и вовсе исчезнуть.
— Я хотел поговорить.
Сверху раздался детский веселый визг и топот ног - очевидно, дети отлично проводили время с Колином, играя в догонялки. Беспечные ангелы, не подозревающие о том, что должно вот-вот произойти.
— Давай, - покорно выдохнула Гермиона, храбро устремляя свой взгляд прямиком в морские глаза. Рон в нерешительности закусил губу, но тоже смело шагнул прямо в свой самый страшный ночной кошмар и проговорил: