«Грейнджер, твой рот пригодился бы в другом месте», - раздраженно подумал Малфой и, видимо, большинство бы с ним согласилось. А потому проголосовали против неё.
Драко наслаждался тем, как зрелищно она пыхтела от досады и злости, и чувствовал, как горячее что-то, похожее на шоколадный ликер, разливается в солнечном сплетении.
Грейнджер умиляла его. Особенно, когда отключала режим суки и становилась той старательной зубрилой-отличницей, у которой несправедливо отняли школьные баллы.
«Просто прелесть», - удовлетворенно протянул внутренний голос.
Но Драко и сам ненадолго задержался в игре. Ибо его искусно вывела собственная супруга, а слизеринец не мог не поддаться своей женщине. Хотя по её подрагивающим в волнении пальцам и излишней собранности, он понял, что ей и попалась злосчастная буква «М» в распределении ролей. А по тому, насколько часто она кидала взгляды на Поттера, Драко догадался, кто её напарник.
Хотя сам Мальчик-Который-Кажется-Бессмертный придерживался идеальной линии поведения и не вызывал подозрений. Удивительно, но он изумительно лгал. Мысленно Драко запомнил эту черту Поттера, откладывая полученную информацию «на потом». Вдруг однажды ему это сможет пригодиться.
Драко пересел на диван, к «убитым», окинув выразительным взглядом Грейнджер, но та сидела с чётко очерченной спиной, будто её позвоночник трансфигурировали в кочергу, и даже бровью не повела в его сторону. Острые крылья её аккуратного носа подрагивали то ли от злости, то ли от напряжения, с которым она наблюдала за разворачивающейся игрой.
«Мафия» выиграла.
Драко мысленно поаплодировал себе, ведь он единственный смог вычислить «преступников», и вернулся на свое место.
Второй раунд.
И вот оно - долгожданная и такая привычная сердцу буква «М». Драко подавил свой мгновенно впрыснутый в кровь триумф, сосредоточившись на фамильном перстне. «Нельзя ничем выдать себя».
Почему-то только сейчас он ощутил весь накал от игры, начиная осознавать, почему Асторию так потряхивало, пока она занимала эту роль.
Невероятное количество адреналина.
Малфой неосознанно полоснул взглядом увесистую фигуру рыжего мужчины напротив, и ребяческое чувство, что Драко просто обязан выиграть, поглотило его без остатка.
«Будет смешно, если мой напарник - Уизел».
Слизеринец усмехнулся своим мыслям, отторгая такую идиотскую идею, и надеясь… Ясно на что.
Вероятность того, что именно она будет встречаться с ним взглядом в наколдованном полумраке «ночи», будоражила похлеще, чем жажда победы. Но Грейнджер держалась холодно и отстраненно, а вот её муженек напротив - отчего-то нервничал и краснел.
«В целом, за таким шоу тоже будет неплохо понаблюдать», - успокоил его мозг, уже готовясь поймать взбешенный взгляд рыжего недотепы, когда объявят переход хода к «мафии». Но стоило полумраку проступить, как Драко задохнулся от нахлынувшего восторга. Будто ему снова пять, а Люциус подарил ему на Рождество волшебную метлу, хоть и грозился, что сыну не видать полетов, минимум, лет до девяти.
Не-ве-ро-ят-но.
Грейнджер, как трогательная лань, учуявшая опасность, застыла вполоборота от слизеринца и нарочито медленно начала разворачиваться к нему. И когда их взгляды встретились, то Драко физически почувствовал волну магии между ними, с электрическим треском пробежавшую в пространстве.
И её взгляд: не-ве-ро-ят-но.
— Мафия познакомилась и, скажу я вам, это будет захватывающе, - довольно пропела Шарлотта, и слизеринец был с ней очень даже солидарен. - А теперь Мафия выберет первую жертву.
Легкий драйв, детское желание вытворить что-нибудь эдакое, взыграло в мужчине с новой силой, и он, ни секунду не раздумывая, кивнул в сторону миссис Поттер. Та сидела с довольным лицом, предвкушая свою первую нормальную игру.
«Прости, дорогуша. У нас с моей прекрасной зазнайкой другие планы».
Но Грейнджер была бы не Грейнджер, если бы не старалась неоправданно серьёзно относиться ко всему, что происходит. А потому она, разумеется, оказалась против «убивать» свою подружку.
Драко кинул на соратницу долгий взгляд, транслируя одну единственную мысль, от которой вскипала кровь и отчаянно хотелось подняться со стула и засосать эту сучку прямо под носом у всех: «Будь умницей, Гермиона. Слушайся».
И она словно бы услышала.
Вся напускная гордость и официоз крошкой осыпались к её ногам. Тёмные ресницы робко дрогнули, Грейнджер набрала в грудь побольше воздуха и качнула головой, мол, делай, что хочешь. И - блять! - покраснела.
Воздух начал клубится плотным туманом. Драко с трудом вдохнул от тех фантазий, которые настырно заплясали в сознании чересчур живыми образами: