— Не хочу. Прости.
Она только что добила своего родного человека. Отца её детей. Друга детства. Человека, который принял её, вопреки всему.
Внезапно камин ожил и зашипел, извещая о том, что кто-то воспользовался сетью в особняке и… наверное, уже перенесся с женой на руках в Малфой-Мэнор.
Образ Драко так четко выкристаллизовался в сознании Гермионы, что она невольно отвлеклась, пока её разум не вернулся в настоящий момент от бесцветного голоса Рона:
— Если так, то я не вправе настаивать.
***
Они вернулись всей семьей домой через час после этого разговора. Сумбурно попрощавшись со всеми (и избегая встревоженных взглядов Джинни), они тоже воспользовались камином, а ближе к вечеру, когда дети были накормлены и уложены спать, супруги Уизли сели за «стол переговоров».
Рон выглядел измотанным и уставшим, словно он только-только оправился после долгой болезни. На все предложения Гермионы он быстро соглашался, не желая особо участвовать в диалоге, и, скорее, действовал и отвечал на автопилоте, чем на самом деле отдавал отчет тому, что происходило на кухне.
Так он молниеносно отверг любые предложения о продаже дома и разделении полученных финансов и имущества поровну, категорически настояв на том, что всё останется в полном распоряжении Гермионы и детей. «Мне ничего не надо», - почти единственная и частая фраза, звучавшая во время их разговора. Большую же часть времени Рон просто молча кивал.
«Разумеется, ты можешь беспрепятственно видеться с детьми столько, сколько посчитаешь нужным» - сосредоточенный кивок.
«Все бюрократические нюансы по оформлению развода я возьму на себя» - ещё один кивок.
Уизли даже не смотрел на неё, усиленно разглядывая отполированную поверхность кухонного стола. А Гермиона же внутренне дрожала, как осиновый лист, но продолжала из раза в раз говорить все эти бездушные фразы, представляя, что она просто решает очередные задачи в Министерстве. Просто юридические формальности, ничего больше.
Наработанный годами профессионализм помог ей не впасть в истерику во время её почти единоличного спича.
К концу «беседы» Рон стал бледнее их кухонных полотенец и выглядел так, будто его вот-вот стошнит.
Гермиона ретировалась в спальню так быстро, как только смогла, и только лишь за плотно закрытыми дверьми сумела свободно выдохнуть накопившееся напряжение.
Рон остался спать в гостиной, а его бывшая (пока на словах) супруга не могла всю ночь сомкнуть глаз, ощущая, что совершила очередную непоправимую ошибку в своей жизни. Страх метался по телу и ютился в черепной коробке, раздувая всё новые и новые ужасающие картины её унылого будущего.
Ведь гриффиндорка совсем не знала, как жить без Рона и семьи Уизли. Она не знала, как ей удастся справиться со всем этим без них.
Но поймав где-то на задворках сознания ощущение облегчения, Гермиона всё же сумела уловить смысл происходящего: наконец-то, она рискнула закончить то, что не дарило ей истинной радости уже очень давно.
А ведь она хотела стать счастливой в этом году. Значит, ей теперь действительно придется взглянуть правде в глаза. Пойти в свой страх и научиться-таки выбирать то, чего хочет она сама. А не то, что от неё всегда ждут другие.
***
«РАСКОЛ ЗОЛОТОГО ТРИО И ЛИЧНАЯ ДРАМА ГЛАВНЫХ ГЕРОЕВ ВОЙНЫ: СЧАСТЬЕ В РАЮ ИМЕЕТ СРОК? Недавно стали известны шокирующе подробности трагедии, развернувшейся в тихом семейном гнездышке четы Уизли: супруги приняли решение официально развестись. Что послужило причиной столь внезапного разрыва? С вами на связи Рита Скитер, и сейчас мы разберемся в этой загадочной истории! …..»
— Паршивая овца! - Гермиона смяла «Ежедневный пророк», метнув бумажный шарик в зачарованное окно, за котором вспышками мелькали иллюзии молний.
Теперь ясно, почему все провожали её фигуру пристальными взглядами, а Констанция жалостливо заламывала брови и сочувственно кивала, пока говорила с ней.
Они все считали, что «бедняжка» страдает из-за развода!
Только вчера высокопоставленная сотрудница Отдела магического правопорядка подала необходимые документы для запуска бракоразводного процесса, а чертова Скитер уже успела вынюхать об этом, написать и, наверняка, дать отличной сплетне обрасти несуществующими подробностями. Гермиона знала бы, какими именно, если б сумела пересилить свой гнев и дочитать эту мерзкую статейку до конца.
Всё ещё пылая от ярости, миссис Грейнджер-Уизли призвала к себе необходимый бланк для заполнения жалобы и скрупулезно, буква за буквой, начала выводить слова будущей претензии и просьбы истребовать штраф за нанесение морального вреда ввиду распространения сведений частной жизни.