— Да, этот вид камней использовался реже. Хочу обозначить ещё одну деталь: до этого момента убийства были совершены на расстоянии, а именно: смерть наступала вследствие воздействия проклятых украшений спустя 21 час соприкосновения с кожей жертв. Таким образом, нам не удавалось установить, кто именно являлся распространителем тёмных артефактов, так как жертвы приобретали товары в разных местах и не были знакомы друг с другом. Но сейчас обстоятельства изменились, так как наш изобретатель убил сам.
Колин заелозил на месте от нетерпения. Казалось, ещё секунда, и он вскинет руку, точно первогодка в Хогвартсе, а потому Гарри покровительственно кивнул ему, разрешая высказаться.
— Да-да, я хотел добавить, что на месте преступления также обнаружены улики, указывающие нам на приблизительный портрет убийцы: под ногтями жертвы оставались частички кожи. Экспертиза успела установить, что они принадлежали другому человеку, следовательно, э-э-э… предполагаемому преступнику, - Колин выдохнул и оторвал глаза от отчета, оглядев коллег каким-то восторженным взглядом и, очевидно, ожидая одобрения. Но пока что никто не разделял его радости от полученных данных. Вся группа сосредоточенно думала и складывала пазлы воедино.
— Экспертиза не установила, кому принадлежат частицы кожи? - обратился к юному аворору Кингсли, и Колин моментально растерял весь свой азарт, начав ускоренно листать бумаги в поисках ответа.
Гермиона сдержала свой порыв закатить глаза от создаваемой суеты, пока юноша, наконец, ликующе не произнес:
— Да! Установили! Это… - он замялся на полуслове, а затем неуверенно зачитал. - «Предполагаемый вид существа: человек с мутацией генов (оборотень)».
По кабинету прошлась волна голосов, словно кто-то хлопнул в ладоши и дал команду «Старт!».
— Отлично! Сужает поиск! Нужно искать среди тех, кого недавно укусил оборотень! - громко проговорил Трэвис, а Гермиона, ощутив внезапный приступ злости на своего коллегу, сжала зубы, чтобы не огрызнуться, но вместо своего голоса она услышала тягучий бархатный с другого конца стола:
— «Недавно»?
Одно лишь слово, произнесенное демонстративно лениво, осадило аврора, и тот ненадолго умолк, пыхтя от возмущения. Малфой расслабленно откинулся на спинку стула и четко проговорил, привлекая всеобщее внимание:
— И с чего вы взяли, что это тот самый изобретатель, а не его подельник, например? Или вообще сторонний человек-оборотень, решивший замаскировать под ограбление убийство из, м-м-м, собственных мотивов?
Он нарочито небрежно мазнул взглядом именно по Гарри, не удостаивая вниманием кого-то другого в этой группе.
Поттер не заставил себя долго ждать и тотчас же сверкнул глазами в сторону слизеринца:
— Это лишь одна из версий, Малфой. И даже если это подельник, как ты говоришь, то эта нить всё равно приведет нас к изобретателю и, соответственно, распространителю. Насчет последнего: версия с маскировкой под ограбление тоже отрабатывается, но уже другими аврорами. Но я чувствую, что этот парень - точно тот, кто нам нужен.
Гарри уверенно ткнул пальцем в бумаги и вновь оглядел каждого, кроме Министра. В его поддержке Избранный явно не нуждался.
Почему-то присутствующие неуверенно оглядывались по сторонам, словно стараясь понять, чью сторону выгоднее занять, и потому Гермиона поспешно откашлялась и уверенно произнесла:
— Соглашусь с мистером Поттером, так как…
Трэвис отчетливо усмехнулся, отводя от неё пренебрежительный взгляд. Гермиона зыркнула на зарвавшегося коллегу, и, стараясь звучать невозмутимо, продолжила, гордо вскинув подбородок:
— … в украшениях действительно чаще всего использовались именно данные виды камней, о чём не мог знать посторонний, так как деятельность нашего отдела засекречена. Только из этого можно сделать вывод, что орудовал тот же, кто причастен к распространению или изготовлению прóклятых ювелирных изделий. И похищение агата, тигрового глаза, аметиста и граната нельзя назвать случайностью.
Гарри кивнул.
— Точно.
Гермиона почувствовала, как щёку прожгло скользкое внимание, от чего она моментально обернулась. Малфой не мигая смотрел на неё, но в его взгляде замерло что-то пасмурное, опасное. Серые радужки гипнотически застыли, глядя куда-то сквозь неё, отчего делалось жутко.
Внезапно он вздрогнул, словно очнувшись ото сна, и порывисто схватил бумагу и перо, начав что-то остервенело выводить на белом листе.
Гермиона забыла, как дышать. Предчувствие поднималось неспешной волной, набирая и набирая ужасающую высоту, пока серые глаза панически не обвели комнату, цепко ухватившись за её оцепеневшее лицо. В этот же миг эта собравшаяся водная лавина с оглушающим ревом рухнула вниз.