Когда истерика начала спадать, а гриффиндорка стерла проступившие слёзы с уголков глаз, то она поспешила выдавить из себя первое попавшееся оправдание.
— Прости… - задыхаясь, весело произнесла она, глядя на остолбеневшего Малфоя. - Просто… я не хочу. Нет-нет. Я не хочу за тебя замуж.
Серые глаза тотчас же сузились до щёлок, а в острое бледноватое лицо филигранно встроилась маска бесстрастности.
— В смысле? - якобы небрежно бросил Драко, но в дверь в этот самый момент постучались. Настойчиво. И даже яростно.
Гермиона окончательно пришла в себя, моментально «отрезвев» от новой вспышки адреналина.
— Одну минуту! - громко вскрикнула она и быстро-быстро заговорила, переходя на шёпот и обращаясь к слизеринцу. - Драко, я хочу попробовать с тобой всё с самого начала, но мне не нужны никакие свадьбы и прочая мишура. Понимаешь?
Она не заметила, как сократила расстояние между ними до каких-то жалких нескольких дюймов, безотрывно глядя в пасмурные глаза, в которых постепенно проступало понимание.
Гермиона видела - так близко, Мерлин - как морщинки на аристократическом лице разглаживались, а Малфой расслаблялся. Он явно ощутил сейчас то же самое колоссальное облегчение, что и она пару мгновений назад.
Дверь задребезжала снова, и Гермиона вздрогнула, по инерции отпрыгнув от своего любовника чуть ли не на другой конец комнаты.
— Да! - пискнула она, не сумев совладать с паническими нотами в голосе.
Дежа вю.
Малфой так же нагло и самоуверенно ухмыляется, наблюдая за её тщетными попытками скрыть волнение, когда дверь распахивается, но вместо рыжей шевелюры показывается угольно-чёрная - и в её проеме появляется взъерошенный Гарри.
— Гермиона, надо поговорить. Наедине, - почти прорычал он, стрельнув глазами в сторону блондина.
«Он узнал о статье».
Это было очевидно, учитывая, что от пылающей ярости Избранного сейчас можно было поджигать свечи.
— Да, очень умно, Поттер. Хочешь усугубить ваше и без того дерьмовое положение? - пророкотал низкий ледяной голос и отразился от стен, и, казалось, что эти морозные ноты загасили бушующее пламя в авроре. По крайней мере, на какое-то время.
Гарри замер, прикидывая в голове варианты развития событий, и будучи толковым и сообразительным, когда ситуации требовали экстренного принятия решений, шумно вздохнул, признавая поражение.
— Хорошо, - буркнул он, хмуро взирая на каждого по очереди из под своих круглых очков.
Гермиона подалась вперед всем телом и мягко, но вместе с тем и уверенно, проговорила:
— Гарри, пожалуйста. Присядь и послушай его. Есть отличная идея, которая наверняка сможет помочь.
Мужчины с нескрываемым подозрением оглядели друг друга с ног до головы, после чего Гарри Поттер, замешкавшись на пару долгих секунд, сделал несколько шагов вглубь кабинета.
Мерлин, спасибоспасибоспасибоспасибо!
Неужели, в мире Гермионы Грейнджер всё начинает, наконец-то, налаживаться?
Глава 22. Taarradhin
TAARRADHIN [арабский] Достижение договоренности, при которой все стороны оказываются в выигрыше.
ДВА ДНЯ СПУСТЯ
Сегодня Гермиона проснулась раньше детей. Это случалось крайне редко, чаще всего именно Рон просыпался и мог провозиться с ними лишние минут двадцать, чтобы жена могла доспать.
Но сейчас Рона не было. «И уже не будет», - завершила её измышления трагически поданная мысль.
Нет, Гермиона не терзалась чувством вины. Наоборот. Где-то в самой глубине души теплилась надежда на то, что ей обязательно станет легче по итогу. Хотя сейчас она ощущала себя полнейшей развалиной и растяпой без Рона.
Всё сыпалось из рук! Да и сам дом начал, словно в знак протеста, разваливаться по кусочкам: например, вчерашним утром потекла ржавая вода, из-за чего Гермиона потеряла уйму времени, чтобы разобраться в этом вопросе, а вечером лопнул кран в ванной комнате (вишенка на торте, не иначе). Она не знала никаких технических заклинаний по уходу за домом, а воспоминания ещё, как назло, подкинули ей образ бывшего супруга с гаечным ключом в руке и добродушно брошенную фразу: «Что? Не всё можно магией починить!».
Тут Рон был как никогда прав. Отношения тоже магическим образом не исцелялись, как бы не хотелось.
Обращаться к нему за помощью Гермиона, разумеется, не хотела. К кому бы то ни было из семейства Уизли - тоже. К Гарри? Определенно, нет. Не хватало еще дергать его из под носа у Джинни, которая, судя по своему выразительному молчанию в сторону бывшей невестки, бескомпромиссно вычеркнула ту из своей жизни.
А потому Гермиона набирала тазы с водой, поднималась на второй этаж, применяла разогревающее заклятие, выливала всё в закупоренную ванну, и проделывала эту процедуру раз за разом, пока жидкости не оказалось достаточно, чтобы искупать в ней каждого ребенка по очереди. И попробовать помыться самой, пока дети будут предоставлены сами себе.