«Даже наш первый раз был здесь», - напомнил мозг, пока Драко аккуратно открывал входную дверь.
— Гермиона? - осторожно позвал он, ощущая внезапное беспокойство на тему того, что несносная гриффиндорка могла не дождаться его и сбежать к себе домой. Ведь это было в её стиле: «сбегать».
К счастью, в доме послышались шаги, и из арки, ведущей в зал, показалась знакомая голова с выбившимися из прически кудрявыми прядями.
Мерлин, Грейнджер выглядела приблизительно так же, как и Астория сразу же после своего «пробуждения», - ужасно осунувшаяся, бледная, с кругами под глазами.
«Малышка, ты так сильно переживала?»
Он сам не понял, как ноги моментально понесли его к ней, а руки жадно обхватили острое лицо, притягивая ближе к себе. Чтобы рассмотреть, впитать каждую проклюнувшуюся веснушку и мелкую морщинку в самую суть себя.
Дождливо-серые глаза беспокойно оглядели любимые черты, и осипшим голосом, будто он молчал несколько недель, Драко произнес:
— Как ты?
Грейнджер обвила руками его шею и вместо ответа прижалась своими губами к его губам.
Это было необходимо.
Они целовались. Долго. Смакуя. Наслаждаясь.
Наполняя друг друга необъяснимым светом изнутри. Драко исступленно поглаживал её шею и спину, вжимая в себя, будто собирался полностью слиться с хрупкой женщиной воедино. Жар от моментально вспыхнувшего желания огненным пламенем прошелся по венам, лишая слизеринца рассудка.
Запыхавшиеся, но довольные, они оторвались друг от друга, и Малфой потянул её за руку в спальню - единственное место, которому он успел придать более-менее жилой вид.
— Драко, - устало протянула она, а он испытал что-то сродни дежа вю. Когда-то он уже вел её на второй этаж вот так - держа за запястье, а Грейнджер старалась его остановить.
Он проигнорировал её, поднимаясь наверх и увлекая за собой, а внезапно притихшая гриффиндорка безропотно следовала за ним. Что было безусловно приятно, так как они не тратили время на препирания.
Стоило пересечь комнату, как Драко опустился на кровать, не отрывая потемневшего взгляда от Грейнджер, которая послушно присела рядом.
— Я хотел тебе всё рассказать с глазу на глаз, - вкрадчиво изрек Малфой, ласковым взглядом оббежав пасмурное лицо Гермионы.
— Астория пришла в себя и попросила меня не провоцировать скандалы.
Девушка продолжила тяжело взирать на него, почти не мигая, и кивнула, якобы соглашаясь со сказанным.
«Блять. Что не так?».
Малфой, нервно пригладив волосы от волнения, продолжил:
— Поэтому мы не можем открыто видеться. Грейнджер? Ты здесь вообще?
— Да, здесь. Я прекрасно тебя слышу, Драко, - уверенным шепотом произнесла она, внимательно изучая его лицо с каким-то научно-исследовательским интересом. И это блондину не понравилось совершенно.
От игривого настроения не осталось и следа, а на его место пришло раздражение. Какого чёрта она недовольна?! Они же вместе сейчас, нет? Зачем портить это мгновение?
Он нахмурился и прямо посмотрел на гриффиндорку.
— Что происходит? Ты обиделась? - издевательски протянул Малфой, чувствуя, как из самой глубины его сознания, как осадок со дна взбалтываемого стакана, поднимаются разного рода эмоции: от обиды до щемящей жалости к сидящей перед ним выцветшей Грейнджер. Но его натура вырвалась первой, моментально оскалившись и натянув нахальную усмешку на губы.
Гриффиндорка сложила брови домиком, закусывая щёку изнутри. Прилагая усилия, чтобы удержать маску спокойствия на своем понуром лице.
Попал. Он попал прямо в нерв.
«Ей больно».
— Нет. Я подумала, что ты меня бросил, - голос Грейнджер дрогнул на последнем слове, предательски загнув интонацию вниз, словно этого самого слова девушка избегала произносить даже в своей голове.
Плечи Драко расслабленно опустились. Он шумно вздохнул и притянул свою возлюбленную - спасибо за наименование, Блейз - к груди, поглаживая ниспадающие волосы свободной ладонью:
— Грейнджер, глупенькая моя. Как я могу тебя бросить?
Малфой улыбнулся ей куда-то в висок и отодвинулся, пытаясь поймать её взгляд и передать всю нежность, бурлящую в его серебристых радужках. Она подняла голову и несмело улыбнулась ему, прижавшись плотнее.
Трогательная Грейнджер - это отдельный вид искусства, от которого Драко пребывал в полном экстазе. И сейчас его внутренние монстры мило мурлыкали, успокоившись от одного лишь доверительного тычка вздернутого носика прямо в его ключицу.
«Моя девочка», - удовлетворенно прошептал внутренний голос, разливая тонны тепла по лёгким и солнечному сплетению.
— Мне показалось, что ты передумал, поэтому так категорично ответил, - горячо просипела она куда-то в его кожу, видимо, желая просто скрыться в объятиях своего мужчины и ни о чём не думать лишние полчаса своей жизни.