— И о них тоже. Просто… я сейчас смотрю на ребят, на тебя, нас, - Гермиона сделала паузу, чтобы набрать побольше воздуха в грудь. - Это просто невероятно. Что мы сейчас все в этой точке. В этом моменте времени.
Серебряная радужка дрогнула, растекаясь теплом, а Драко ухмыльнулся и тягуче-сладко (как умел только он) произнес:
— Да уж. Кто бы мог подумать. Скажи мне кто-то в мои двадцать, что я буду женат на Гермионе Грейнджер, и у нас будет четверо детей на воспитании, один из которых - наш общий… я бы засомневался в адекватности того, кто это говорит.
Это было сложно не заметить. Такая маленькая, но невероятно объемная оговорка. Гермиона хитро прищурилась. Драко не отводил от неё пристального взгляда. Ухмылка его стала шире.
— Ты не женат на мне. Забыл?
Но как он мог не удержать такого факта в своей голове?
Странное волнение поднялось у неё в груди, маленькими всполохами фейерверков разлетаясь по солнечному сплетению. Губы сами собой растянулись в придурковатой улыбке, пока Малфой, быстро окинув внимательным взглядом каждого из детей, вернул своё внимание ей.
— Разве? - он театрально изумился, но игра его была намеренно фальшивой, чтобы Гермиона занервничала ещё больше. Он демонстративно начал изображать обеспокоенность, пока хлопал себя по нагрудным и брючным карманам, якобы ища что-то.
Гриффиндорка заерзала на месте, испытывая жгучее любопытство вперемешку с неверием. Догадка была настолько очевидной, что ей не хотелось верить в неё. «Вот так просто?».
Будто в подтверждение её мыслям Драко воскликнул «Вот ты где!», доставая малюсенький на вид тёмно-зеленый бархатный коробок и протягивая его ей:
— Тогда исправляюсь, - сундучок щёлкнул, открывая вид на прекрасное помолвочное платиновое кольцо с белым лотосом, лепестки которого были выполнены из бриллианта. - Гермиона, ты выйдешь за меня?
Голос Малфоя дрогнул от внезапно охватившего его волнения, а по пальцам прошла характерная рябь.
Девушка прижала руки ко рту, чтобы не закричать на весь пляж. Перевела шокированный взгляд на чуть нервничающего Драко, который старался изо всех сил держаться самоуверенно и хладнокровно, и прошептав: «Мерлин, конечно, да!», порывисто обхватила его за шею.
Они оба рассмеялись, после чего Драко, запечатав её согласие целомудренным поцелуем в губы, надел кольцо ей на палец. Камень переливался всеми цветами радуги, а Гермиона (непозволительно ярко) светилась от счастья. Как вдруг по её лицу пробежала тень от одной горькой мысли:
— А ты не думаешь, что это слишком…
— Рано? Нет. Мне следовало это сделать давным-давно.
— Но Скорпи…
— Послушай. Это только наше. Окей? - Драко переплел её пальцы со своими и с нажимом произнес. - Только ты и я. Для них всех всё равно ничего не изменится.
В чём-то он был, конечно, прав. С кольцом она, или без - для всей их большой семьи это практически не имеет значения.
— Давай вечером улизнем от детей и поженимся здесь? - неожиданно сменив тон, заговорщицки прошептал на ухо её жених самым соблазнительным из всех возможных образов, а у Гермионы - ожидаемо! - волнами побежали мурашки по коже.
— Как дикари?
— Как пляжные дикари.
Гриффиндорка облизнула губы и очаровательно улыбнулась, закрывая ладонью лицо от солнечных лучей каннского солнца.
— А давай.
Меньше паранойи. Больше доверия.
Малфой с нежностью мазнул взглядом по ставшему слишком родным лицу и иронично усмехнулся:
— Вот за это я тебя и люблю, Грейнджер. За то, что ты такая же сумасшедшая, как и я.
— И я тебя люблю, Драко.
Они по-детски озорно улыбнулись, одновременно поворачиваясь в сторону веселящихся детей, и, как по команде, теснее прижались друг к дружке. И всё было до неприличия правильно.
И всё было хорошо. И непременно будет.