— Ты расскажешь… ему?
Малфой ухмыльнулся, продолжая скользить по её лицу насмешливым взглядом.
— Нет, - растягивая одну единственную гласную, объемно произнес он и, придав голосу ещё больше обманчиво-ангельских нот, с нажимом спросил. - А ты?
Гермиона понимала, что надо сказать. Она уже всё разрушила. И ей придётся признаться в предательстве, а затем потерять всю свою жизнь. В обмен на кратковременное развлечение в качестве новой игрушки Малфоя.
— Я… должна.
Драко закатил глаза, будто это самое глупое, что он слышал в своей жизни. Он перекатился на спину, и прохладный воздух моментально объял её голое тело. Захотелось прикрыться. Она дёрнула на себя покрывало, чтобы то спасительно спрятало её под собой.
— Тебе незачем закрываться. Тем более от меня, - соблазнительно прошептал слизеринец, по-хозяйски положив руку ей на живот поверх тёмной ткани.
— Мне холодно, - будто оправдываясь, проговорила Гермиона, утопая в гипнотизирующих глазах с отблеском смешинок в серебристых радужках. Так захотелось его поцеловать - снова - но Гермиона сглотнула подступивший к горлу порыв, мысленно застыдив себя ещё больше.
— Не знал, что ты настолько сумасшедшая, Грейнджер, - искренне произнес Драко, явно комментируя буйство их вспыхнувшей страсти, и немигающим взглядом скользнул по её лицу, останавливаясь на губах. Гермиона задержала дыхание в очередном приступе волнительного томления.
— Я не знаю, почему ты так действуешь на меня, - откровение слетело с губ прежде, чем девушка успела оценить, насколько безопасно дарить Малфою такую ценную информацию. Мозг вообще сдавал полномочия в его присутствии, это уже пора было ей уяснить и не стараться требовать от разума работать на тех же скоростях, что и раньше.
Малфой хищно улыбнулся, поглаживая её живот.
— Значит, ты влюблена в меня?
В её голове прозвучал пушечный залп. Словно кто-то запустил ядро прямо в неё, разорвав тело на кусочки. Будто из преисподней она услышала свой понизившийся на октаву голос:
— Я не влюблена в тебя.
Ухмылка так и застыла на лице Малфоя, будто приклеенная. Что-то разом щёлкнуло внутри него. Глаза превратились в опасные щелки, он жёстко хмыкнул, после чего выражение его глаз и лица сделалось абсолютно не читаемым.
— Тогда ты просто похотливая шлюшка.
Убийственно ледяные слова полоснули острым лезвием по тонкой коже, но бывшая гриффиндорка стойко выдержала этот удар. Она заслужила.
— Получается, что так, - бесцветным голосом произнесла она, поднимаясь на кровати. В груди нестерпимо жгло, сделать вдох оказалось невероятно больно. До слёз.
А чего она ожидала?
Но Гермиона усилием воли сморгнула подступившую было водицу и нашла глазами свою палочку, торчащую из груды бесформенных тряпок. Она замешкалась на секунду, понимая, что Драко, абсолютно не стесняясь своей наготы, неподвижно лежит на покрывале, а значит, ей не удастся завернуться в ткань полностью и подойти к одежде. Но напомнив себе, кем он её считает, девушка решительно сбросила с себя спасительное покрывало и поднялась на ноги. Сперма моментально стекла тонкой струйкой по внутренней поверхности бедра, словно свидетельствуя против неё и подсвечивая её греховность.
Гермиона застыла на мгновение, но осознав, что ниже падать некуда, сделала шаг. Белесая вязкая жидкость стремительно прыгнула вниз по её ноге, уткнувшись в телесные полупрозрачные колготки. Девушка проигнорировала жжение от сопровождавшего каждое её движение тяжёлого взгляда, добравшись до палочки и очистив себя заклинанием. Жаль, что мерзкое ощущение грязи в душе не испарилось так же легко, как с тела.
Она избавилась от остатков уже ни на что не годных колготок, благо, стоили они недорого. Надела на себя платье, которое отвратительно правильно село на ней, оставшись без единого залома. Словно оно и не валялось тут скомканным жгутом. Словно и Гермиона пару минут назад не лежала под Малфоем с разметавшимися кудрями по кровати.
Она держалась, стараясь не обернуться и не ввернуть какую-нибудь шпильку напоследок. Взяв весь свой контроль в ежовые рукавицы, она не дрогнула, когда услышала пропитанный ядом голос за спиной:
— Ты реально хочешь уйти? Вот таким образом?
Гермиона остановилась, когда сзади послышался скрип кровати. Драко призвал к себе махровый халат, накинул его на себя и сократил расстояние между ними в несколько шагов, разворачивая окаменевшую девушку к себе лицом.
— Драко, мне нужно уйти, - как заведённая игрушка повторила она на автомате, испытывая острую необходимость вырваться от прожигающих кожу ладоней или со всего размаху впечататься в его грудь и горько разрыдаться.