— Я не осудить тебя хотел. Лишь понять. Что у вас происходит? Очевидно же, что ты просто хотела уязвить Рона. Он что-то сделал тебе?
Гарри выглядел встревоженным. Он успокаивающе поглаживал Гермиону по плечам, скорее автоматически, чем вкладывая какой-то определенный посыл в это действие. Голос его звенел спокойствием, но в то же время чувствовалось, что он, будто старший брат, готов вступиться за Гермиону и защитить. На случай, если Рональд Уизли повел себя недостойно.
Гарри. Милый и добрый Гарри. Он даже не представлял, не мог и помыслить, что защищать тут нужно отнюдь не Гермиону.
— Гарри. Всё в порядке. Правда. Просто у меня крыша едет уже из-за того, что я всё время сижу дома. Мне так хочется чего-то… Мерлин, давай выйдем отсюда, я сейчас задохнусь!
Они синхронно заулыбались и тут же покинули вонючий курятник. Оказавшись на свежем воздухе, они уже тепло посмотрели друг на друга, одновременно стягивая плотные тряпичные перчатки, и зашагали в сторону грядок с овощами.
Гермиона заозиралась по сторонам, в надежде, что никто не сможет подслушать или внезапно прервать их сугубо личный диалог, и тихо сказала:
— Мне просто не хватает какого-то безумства. Понимаешь? Да, я рада, что мы живем в мирное время, но… меня словно раздирает изнутри. Хочется что-то… вытворить.
Гермиона с надеждой посмотрела на друга, и, к своему изумлению, обнаружила у того на лице неподдельное понимание.
Брюнет посмотрел вдаль и как-то по-старчески, словно ему далеко за сто лет, на выдохе произнес:
— Вот и у меня то же самое.
Затем он внимательно глянул на подругу и кивнул самому себе.
— Я тебя понимаю, Гермиона. Мне удается это как-то получить в аврорате, но… иногда, как ты говоришь, «раздирает». Да. Очень точное слово.
Вряд ли Гарри имел в виду сумасводящую страсть к другому человеку, но он явно страдал от отсутствия адреналина в жизни. Спонтанность и опасность внедрились в их жизни так прочно, что преодолеть такого рода зависимость было крайне сложно.
— И как ты… справляешься? - боясь спугнуть момент откровения, сказала гриффиндорка, заглядывая другу в отрешенное лицо. Почему-то Гарри именно сейчас выглядел невероятно взрослым. Он устало пожал плечами и просто, без обиняков, произнес:
— Творю безумства.
Гермиона прикрыла глаза, не в силах сдержать противоречивые чувства, воронкой закрутившиеся в солнечном сплетении после этих слов. Словно она приняла поражение, разочаровываясь в том, что лучший друг как будто бы дал ей официальное разрешение. Карт-бланш.
Умом девушка понимала, что это перекладывание ответственности, но охватившее её облегчение и тёмное ликование никуда не желали деваться.
— Ох, Гарри… - только и смогла пораженно выдохнуть она, открывая глаза и оглядывая затянутое грозовыми тучами серое небо. - Это хоть безопасно для тебя?
Мамский тон включился у неё сам по себе, и Гарри с умилением посмотрел на подругу, а затем отрицательно помотал головой, растягивая рот в шкодливой улыбке:
— Не думаю.
— Гарри Поттер, ты… ох. Джинни знает? - Гермиона неосознанно прикрыла одной ладонью рот, чтобы остановить себя на полуслове, но Гарри никак не оскорбил слишком личный вопрос, и он просто ответил кивком головы.
Да. Дело явно не в изменах и прочих грязных вещах. Гарри не пал настолько низко, как она.
Гермиона выдавила из себя подобие улыбки и облегченно, насколько это было возможно в тот миг, пробормотала:
— Вот и хорошо. Тогда мне не за что переживать.
Артур Уизли очень вовремя прервал их, окликнув Гарри, чтобы тот помог ему разобраться с маггловской диковинкой - газонокосилкой.
С мужем Гермиона отправилась разговаривать сама, вдохновленная откровенной беседой с Гарри. Обнаружив того с Рози в их комнатке, девушка набрала в грудь воздуха и плотно прикрыла за собой дверь.
— Рон, - решительно начала она, встречаясь с настороженным взглядом голубых глаз. - Давай поговорим, как взрослые люди.
Супруг оглядел её колючим взглядом с ног до головы и, придерживая дочурку, которая порывалась пройтись вдоль кресла на своих двух, сказал:
— Хорошо. Давай.
Рози что-то мило и неразборчиво мяукала себе под нос, чем немного сбавляла градус предстоящего разговора, периодически отвлекая родителей и сдерживая порыв закатить грандиозный скандал по всем правилам бразильских сериалов.
— Извини, я просто… Я хотела тебя разозлить. Что-то доказать. Я не знаю, почему так поступила вчера. Я не должна была.
Мерлин. Ей казалось, что Гарри подсказал ей отличный вариант, дал убедительную причину её поступка, но сейчас уверенность в избранной тактике рассыпалась на глазах.