Да, она уже отчаянно жалела о своём решении. Ей страстно хотелось вернуться в прошлое, забыть Малфоя, не приходить в тот день в Министерство, не чувствовать всю ту разрывающую на части боль и жить свою спокойную и безопасную жизнь с родным Роном. В семье. Как нормальный и свободный человек.
Сейчас же она поселилась на жерле вулкана. И это совершенно не чувствовалось, как прекрасная перспектива для счастливого существования.
Но Гермиона всё же прислала ему адрес, ввернув Малфою, что он уже бывал тут, но «вероятно, забыл». Ответа не последовало.
Зато ей пришло письмо из Министерства, в котором сообщалось, что ей выписан штраф за прогул. Как «мило». Гермиона и поверить не могла, что когда-нибудь такие вещи покажутся ей безобидными и не стоящими внимания. Подумаешь, штраф. Что это, в сравнении с тем, что её жизнь летела в пропасть? Вечером пламя в камине вспыхнуло, и Гермиона, кормившая с ложечки Рози, дёрнулась, замерев в какой-то странной позе. Это было дежавю.
Малфой в чёрном, как сама мгла, одеянии, выходил из камина, попутно отряхиваясь и моментально впиваясь острым взглядом в её застывшее лицо. Его брови тут же взмыли вверх в немом вопросе: «Я невовремя?», но девушке удалось растянуть непослушные губы в ломаной улыбке.
— Привет, - выдохнула она, попытавшись взять себя в руки. Да, она выглядела, мягко говоря, не для романтического свидания: грязные у корней волосы собраны в хлипкий хвост, ввалившиеся глаза с остро-очерченными синюшными полукругами под ними, впалые щёки, домашняя одежда с растянутыми у коленок клетчатыми штанами. За эти несколько дней она постарела, казалось, лет на десять.
Малфой же в своей манере источал уверенность, лоск и напускное равнодушие к происходящему. Будто ему всё известно наперед, и переживать попусту, очевидно, не входило в его планы.
— Мило выглядишь, Гермиона, - с особым смаком проговорил он, пробуя на вкус её имя, и обезоруживающе улыбнулся. - Привет, крошка.
Он уверенно прошел прямо на кухню, словно жил здесь всю свою жизнь, и присел перед Рози, искренне улыбаясь малышке. Та с неприкрытым интересом изучала его лицо, отчего Малфой заулыбался ещё шире:
— Глаза твои.
Этот умиленный тон так легко слетал с его губ, а у Гермионы шатались все выстроенные устои в голове. Непривычная радость при виде Драко вновь заняла лидирующее место, вытеснив панический страх, а сочившаяся нежность в его голосе по отношению к дочке растопила возникшую было неловкость. Это было странно, но словно они так и сидели всю жизнь: Гермиона - с ложечкой кашицы из батата и броколли, Драко - совсем рядом, улыбаясь во весь рот при виде щекастой румяной малышки. Эта близость ощущалась до неприличия правильно.
Внезапно Гермиона даже подумала, что у них всё получится. Они выкарабкаются. Они смогут быть счастливы. Раз Драко принимает её ребёнка, то самое главное её опасение исчезает. И больше никаких препятствий, кроме, разве что, магических уз родового брака.
— Спасибо, Драко, - искорки коснулись кофейных глаз, стоило ей улыбнуться и встретиться с его спокойным взглядом. Серые глаза бегло оглядели её лицо, ласково задерживаясь на ресницах, губах и бровях. - Не знала, что ты так любишь детей.
Малфой фыркнул, как бы невзначай закидывая руку на спинку её стула.
— Я не люблю детей. Мой сын и твоя дочь - исключения.
Гермиона почувствовала внезапную грусть, а потом и вовсе немыслимую идею, мелькнувшую в воспаленном разуме: «Я хочу от него детей. Наших общих детей.»
«Кошмар!» - тут же одёрнула себя гриффиндорка.
Гермиона моргнула, чтобы избавиться от возникших образов счастливейшей семьи с кучей детишек, отворачиваясь от Драко, и набирая новую порцию еды для Рози. Зная о том, какая из неё никудышная мать, она бы ни за что…
— Я хотел бы, чтобы у нас был ребенок, - интимно, словно он сообщал ей самый главный секрет в жизни, но невероятно горько проговорил Малфой и глубоко выдохнул. - Жаль, что это невозможно.
Внутри у неё вспыхнуло пламя. Нет, целый пожар, который в мгновение ока озарил собой все её внутренности, отзываясь неясным восторгом. «Он хотел бы».
Гермиона улыбнулась где-то внутри себя, но вслух лишь аккуратно произнесла:
— Почему невозможно?
Кроткий молниеносный взгляд на задумчивое острое лицо блондина. Драко покачал головой и по слогам поговорил, возвращая ей полный неотвратимого принятия взгляд:
— Ещё одна гениальная затея моих предков. Один наследник - ноль бастардов.
Гермиона широко распахнула глаза и неодобрительно нахмурила брови.
— Но ведь это очень тёмная магия…
Малфой невесело ухмыльнулся и издевательски-спокойно произнес: