Но на втором уровне Министерства Магии кипела работа. Помимо прекрасной погоды, новый год поразил обилием дел по неправомерному использованию магии, а также зашкаливающему количеству инцидентов со стиранием памяти магглов, случайно оказавшихся свидетелями колдовства. Усмешка от мира специально для Гермионы Грейнджер-Уизли.
Кентавры напророчили год переворотов и перемен, и, видимо, их предсказания были услышаны оборотнями. Так как те, посчитав, что сейчас идеальное время, чтобы вступиться в борьбу за права, прислали представителя «от народа». И Гермиона обязана была самолично встретиться с ним.
Регистрация анимагов являлась для их сектора рядовой волокитой, но тоже отнимала приличное количество времени и сил. Чёртова бюрократия и несчетное количество бумаг и подписей. Подписей и бумаг. И штампов, разумеется.
А теперь на голову Гермионы упала ещё одна задача: учреждение нового временного отдела. Отдел выявления и конфискации тёмно-магических артефактов. В связи с ростом небывалого спроса на них в прошедший год на чёрном рынке и, соответственно, распространения.
Волшебники не могли в открытую приобретать подобный инструментарий, Лютный переулок был вычищен ещё после окончания войны и теперь находился под строгим контролем Управления авроров, а оттого последние несколько лет начало расти подпольное производство. Как известно, если что-то запретить, то оно лишь сильнее начнет расползаться - не по верхам, так по дну.
«Тренд» на светлую магию создал ощутимый перекос в волшебном мире, и за кулисами всё приходило в равновесие: росли поставки запрещённых законом товаров, всплеск преступности; одно время даже ловили серийного убийцу-зельевара, который отравлял случайных жертв и никогда не оказывался поблизости, дабы не оставить ни единой улики. Под руководством Гарри спустя полтора года его удалось поймать и приговорить к пожизненному в Азкабане. Хорошо хоть обошлось без поцелуя дементора (да, Гермиона обязательно добьется того, чтобы вообще отменить этот варварский метод наказания). Волшебница только закончила расставлять все свои подписи на разрешениях об отправке писем, предупреждающих об ограничении использования волшебства лицам, не достигшим совершеннолетия. Отточенным движением отправила записку Дэвису, чтобы тот принял все необходимые документы, и выглянула из кабинета.
— Мисс Пикеринг, принесите мне все ныне действующие законопроекты о хранении и использовании тёмно-магических артефактов, пожалуйста, - громко и без особого тепла в голосе скомандовала Гермиона, вновь заходя в кабинет.
Она расстегнула свой серый пиджак, чуть бóльшего размера, чем требовалось, и устало опустилась в кресло.
Она начала заполнять очередной документ, подготавливая всё необходимое для того, чтобы получить штампик от главы Отдела Магического правопорядка и после открыть (уже официально) указанное подразделение.
Молодая женщина переносила в документ имена участников, которые будут входить в состав нового отдела, как вдруг наткнулась на имя «Гарри Джеймс Поттер» и ненадолго замерла с карточкой. Это означало одно: Кингсли решил не просто создать новые рабочие места, или улучшить функциональность отделов. Тут явно крылось что-то посерьёзнее, если туда привлекли Гарри.
Гермиона взмахнула палочкой в сторону самопишущего пера, который дублировал её записи (Мерлин, она ни за что не будет столько бумаг заполнять вручную!), устранив заминку, и продолжила.
На следующей карточке значилось её имя.
«Вот уж нетривиальный способ сообщить о дополнительных обязанностях!» - девушка возмущенно задышала, с особым нажимом выводя свою фамилию на бумаге. «Мог бы и при встрече сказать!».
Удивительно, что она узнаёт о лишней загруженности именно таким путем, хотя только вчера виделась с Кингсли на обеде.
Младший заместитель Гермионы с приветливой улыбкой и горящими глазами вошла в кабинет, удерживая толстенные папки, которые доставали ей до груди.
— Миссис Уизли, всё нашла! Вот! - просияла брюнетка. - То, что Вы просили!
— Благодарю, Констанция, - отстраненно проговорила гриффиндорка, беря в руки следующую карточку и кидая беглый взгляд на свою ассистентку. - Можешь положить на диван.
Скрип пера прервался.
Гермиона моргнула пару раз, прежде чем увидеть следующую надпись:
«Драко Люциус Малфой».
— Если хотите, я могу сбегать и принести кофе, - как можно мягче и услужливее произнесла Констанция, поправляя очки на носу и неуверенно переминаясь с ноги на ногу.