Джинни добродушно хохотнула:
— Ты прямо как влюбленная школьница! Кингсли тоже будет? Ты его так ждешь с нетерпением?
Режущий стыд полоснул её метким ударом под дых. Гермиона растерянно застыла, а потом, промедлив пару секунд, нагнулась к нижней полке, доставая сложенные в миске листья шпината, и, намеренно игнорируя подскочивший от страха пульс, деланно заметила:
— Между прочим, Министр не дал точного ответа, так что… кто знает! Вдруг он прибудет!
Кофейные глаза мельком глянули в сторону рыжеволосой девушки, по глупой неосторожности угодив в капкан хитрых голубых глаз.
— Ты соревнуешься с Гарри за место главы Отдела магического правопорядка? - в голосе миссис Поттер неуловимо проскользнули и осуждение, и злость, которые она тут же попыталась скрыть за улыбкой. И если бы в любой другой ситуации Гермиона непременно бы оскорбилась на такие предположения, или была бы до глубины души уязвлена, то сейчас она испытала лишь огромное облегчение. Она чуть было не заулыбалась, но вовремя осеклась, картинно округлив глаза в изумлении:
— Джинни?! Я никогда не предам Гарри и не буду с ним, Мерлин упаси, «соревноваться» из-за какой-то там должности! Ты с ума сошла?
Гермиона уже миролюбиво и, в какой-то мере, счастливо улыбалась, завидев, что ей удалось подальше увести подругу от мыслей о своём состоянии и даже пристыдить за поспешные выводы.
— Прости, я чересчур остро начинаю реагировать на всё, что касается Гарри, - Джинни внезапно погрустнела и поспешила отвернуться.
— Джинн? - настороженно спросила Гермиона, отставляя нож в сторону и, после секундного промедления, направляясь к подруге. Но не успела она коснуться её плеча, как к ним ворвалась, вместе с легкой прохладой и лучезарной улыбкой во всё лицо, пышногрудая блондинка.
— Всем привет, как дела? - нараспев защебетала она с явным американским акцентом. - Мужчины сказали, что все девочки тут! Я Шарлотта!
Джинни тотчас же приосанилась и преувеличенно бодро пригласила новую знакомую присоединиться к их занятию. Поговорить наедине подруги так и не смогли.
Шарлотта оказалась невестой Трэвиса и, по совместительству, самым глупым человеком, встречавшимся Гермионе на её веку. Блондинка трещала без умолку, шаблонно отыгрывая образ светловолосых красавиц-дурочек и не оставляя своих новых «подружек» ни на секунду, а у Гермионы уже разболелась голова.
К вечеру за огромным столом собрался почти весь их новый отдел. Почти - потому что отсутствие одного из участников бросалось в глаза. Возможно, только Гермионе Грейнджер-Уизли.
Странным образом она ощущала болезненно гаснувший огонек надежды где-то в области солнечного сплетения.
«Он не приедет. Конечно, нет».
И тут же, испугавшись собственного разочарования, она постаралась себя образумить: «Гермиона! Прекрати! Тебе вообще должно быть все равно!».
Молодая женщина силилась фокусировать своё внимание на детях, на том, чтобы все хорошо поужинали. Контролировала жёстким взглядом Рона и то, как он, подобно всем собравшимся в поместье представителям мужского пола, то и дело косился в сторону откровенного декольте весёлой американки (за что и получал выразительный взгляд каштановых глаз). Но даже это не могло остановить растекающуюся по её грудной клетке грусть.
Детей, кроме малютки Лили, разместили в одной комнате, наколдовав им огромный шатер со звёздным небом на потолке. Малыши поскорее выгнали родителей за дверь, клятвенно пообещав, что они заснут без их помощи.
Джинни предусмотрительно оставила ребятне тарелки с фруктами и тыквенный сок. «На всякий случай».
— Всё равно будут резвиться, так хоть перекусят перед сном, - пояснила она свое действие брату и невестке.
В права вступило иное время суток - для взрослых (всех, кроме Джинни, которая поплелась спать вместе с дочкой, сменив Гарри на родительском «посту»).
Муж приобнял Гермиону за плечи, когда они устроились на диване в чересчур просторной гостиной.
— Вот бы нам такой огромный дом, да? - мечтательно шепнул Рон ей на ухо, расплываясь в улыбке. - Такие потолки…
Потолки и вправду казались высоченными, но Гермиону больше не заботила эстетика поместья, так как в гостиную вальяжно вошел светловолосый мужчина в чёрном свитере тонкой вязки и в таких же тёмных брюках. Платиновый браслет блеснул на узком запястье руки, мирно покоившейся в кармане брюк.
Удар сердца прямиком в горло.