— Мы просто вместе приехали сюда.
— Конечно, — говорит Бетани, растягивая слова.
— Я серьезно. Он не мой тип.
Молли прищуривается, глядя на меня, потом расслабляется и говорит:
— Тогда держись подальше от второй комнаты слева. Она закреплена именно за ним. Он всегда назначает свои свидания там.
— Бог мой, что она здесь делает? — кричит девушка в мою сторону с кухонного островка. Она спрыгивает и направляется прямо ко мне.
Я закатываю глаза на самую большую сучку, которую вижу каждый день на уроке французского.
— Привет, Бриттани.
— Если бы я знала, что они пригласят на вечеринку троллей, то осталась бы дома. — Она подносит ладони ко рту и кричит: — Вот и все. Вечеринке конец. Воздух испорчен.
Тот факт, что музыка звучала громко, а слова она прокричала невнятно, сыграл мне на руку. Уровень унижения терпимый.
— Займись своей жизнью, Бриттани, — говорит Молли, и это дарит мне лишнюю унцию гордости.
Бриттани наклоняется ко мне, ее белокурые волосы падают на темные глаза.
— Милый свитер. — Она вздыхает, а потом выливает свой наполовину полный стакан с пивом на мой свитер. Я отпрыгиваю назад и смотрю на нанесенный ущерб. Я открываю рот, но у меня абсолютно нет слов. По моим щекам разливается румянец. Я зла, я так зла, но слова никак не формируются в предложения. Вместо этого, «колодец» под моими веками переливается через край, и если я не буду осторожной, то разревусь у всех на глазах.
Кто-то хватает меня за свитер и разворачивает в другую сторону. Я оказываюсь лицом к лицу с Гэвином. Он смотрит вниз на мой свитер, а потом поднимает взгляд к моим глазам. Он не произносит ни слова. Он просто тянет меня на себя и выводит из кухни. Зажав меня в кольце своих рук, он проводит меня по коридору и вверх по лестнице ко второй комнате слева. Я бы обратила на это внимание, если бы не тот факт, что я была мокрая, и мне хотелось как можно быстрее уйти подальше ото всех.
— Дай мне свой свитер. Я закину его в сушилку, — говорит он, заставив мои щеки покраснеть от одной мысли о том, чтобы находиться топлес в одной комнате с парнем. — Все нормально. Ты можешь побыть здесь, пока он не высохнет. — Отвернувшись, он продолжает: — Я не смотрю. Давай, либо так, либо ты покинешь эту комнату в мокром от пива свитере.
Я кусаю губу и раздумываю об альтернативе. Затем снимаю через голову свитер и передаю его Гэвину.
— Сейчас вернусь, — говорит он и выходит за дверь.
Сев на кровати в одном только белом лифчике, я бью себя по лбу. Я такая тупица. Я в ловушке, полуобнаженная, по крайней мере, на ближайшие сорок минут. Я встаю и подхожу к шкафу, чтобы поискать там одежду, но он пустой. Достав телефон с заднего кармана, я звоню Рэнделу и говорю, что готова ехать домой. Он говорит, что незамедлительно отправит за мной машину. Когда я прошу его привезти мне свитер, любой свитер, он ни о чем не спрашивает.
Открывается дверь и заходит Гэвин. Его взгляд тут же опускается на кружева моего лифчика.
— Мои глаза выше, — говорю я, скрещивая руки на груди. Не то чтобы у меня много на что можно посмотреть, но все же.
Гэвин плюхается на кровать и хлопает ладонью по месту рядом с собой. Я качаю головой.
— Нет. — Но он просто дьявольски ухмыляется в ответ.
— Я не кусаюсь, — говорит он.
— Ты под кайфом.
— Но это не означает, что я не осознаю в полной мере свои действия. Я привел тебя сюда и высушил твой свитер, разве нет?
Съежившись, я плотнее прижимаю локти к бокам и вздыхаю. С неохотой занимаю место рядом с ним, и как только усаживаюсь, он тут же кладет ладонь на мое бедро.
Я подскакиваю на кровати.
— Гэвин!
Он опускает меня вниз, надавив на бедро. Как только я возвращаюсь на кровать, он перекатывается на меня, его ноги оказываются по сторонам от моих, он вжимает меня в матрас.
— Джулс, — говорит он нараспев. — Расслабься. Нам нужно как-то убить время.
Я пытаюсь отползти от него, но он практически сидит на мне.
— Я планировала провести его не так.
Руками он надавливает на мои плечи.
— Я говорил, что мне нравится погоня.
Мои глаза округляются, сердце выскакивает из груди, а кожа покрывается мурашками. Оказавшись в ловушке под парнем, без возможности пошевелиться, чувство беспомощности накрывает меня с головой. Внутри меня разрастается ярость. Даже волосы встают дыбом.
Гэвин поднимает руку и проводит ладонью по краю моего лифчика.
Я использую этот момент, чтобы врезать ему правым кулаком прямо в челюсть. Когда он садится, глядя на меня сверху вниз, я быстро сажусь, ударяя его локтем в пах.
— Твою мать…