Тогда-то и понял - решение подписать вольную было самым правильным.
========== Договоренности ==========
Все хорошо. Вот что Скай думал. И себе не верил, что в голове такие мысли. Слишком давно и долго хорошо не было. Забыл да отвык, и знал - не будет больше никогда хорошо. А тут и вдруг...
И главное досталось все Скаю ни за что. Как прихоть судьбы. Непонятный выверт. А когда хозяин сам предложил сейчас и здесь вольную подписать - чуть сразу же не согласился. Хорошо хоть о важном вспомнил. О договоре. Нельзя нарушать договор - это Скай тоже точно знал.
- Не называй меня "господин", - попросил Эрик несколькими днями позже. - Устал я от этого. Ты не прислуга. Ты помощник. Да и вообще. Знаешь, доктор сказал, что к празднику Осенних Хризантем я уже смогу в свет выходить. Так что... Вот тебе и точный срок будет, когда вольную как награду вручу. А до этого...
Ты привыкнуть должен. Чтоб никто и не заподозрил, кем ты был. Я мешать не буду. Днем, что хочешь, то и делай - в пределах разумного, понятно. Но бояться не надо. Раз в неделю я буду платить тебе за услуги - не много, но так, чтоб ты научился деньги тратить. И главное, надо, чтоб ты научился других людей не бояться.
А браслет... Браслет я сниму. Играть в вольного - так полностью. Вместо браслета коммуникатор тебе купим, чтоб ты на связи был. Единственное условие - всегда на мои звонки отвечать. Это ясно?
Скаю ничего ясно не было. Вообще не мог понять, почему такие перемены. Ничего же не сделал. Ничем не заслужил. Ладно бы когда с документами на руках и к новой жизни привыкать, а то... Ведь даже деньги получать будет - как настоящий вольный.
И коммуникатор подарят. Личный. И можно будет маме позвонить. Хоть голос за столько лет услышать. Номер-то помнил. Но тут же сам себе возразил. Родне звонить уж лучше тогда, когда точно бумаги подпишут, а то вдруг не сложится.
Про "не сложится" знал слишком хорошо. Не первый раз обманывали. Хотя - почему обманывали? Сам Скай не смог уговор выполнить ни с Терри, ни с...
Большого рыжеволосого верийца Скай помнил до сих пор более, чем хорошо. Если лица других хозяев уже смазаны временем были, то дона Рино, как ни старался забыть, так и не смог. Купил он Ская на одной из маленьких приграничных планет, на дешевом аукционе, куда сам Скай попал после первого своего сезона на плантации Лии. Слишком вымотанный был, слишком худой. Второй бы сезон точно не протянул, хоть наказывай, хоть не наказывай, а сил практически не осталось. Тяжело сбор прошлого урожая Скаю дался, отвык он и от поля, и от нагрузок таких. А верийцу прислуга на каскад нужна была. И подешевле. Он долго к Скаю присматривался, кругами ходил. А когда перекупщик цену до двадцати галлаксов снизил (не хотел у себя Ская оставлять, боялся, что вряд ли спрос на смазливого, но слишком уж заморенного мальчишку найдется), тут же золото выложил и купчую оформил.
Не только прислуга нужна была. Любовник нужен был. Хотя... Любовник - это хотя бы по взаимному согласию, а согласия Ская на то, чтоб иметь его в перерывах между коммерческими рейсам, никто не спрашивал. Да и не только лично дон Рино развлечься любил. Гостям Ская предлагал для утех за дополнительную плату, таможенникам, чтоб корабль бесплатно на планету пустили... Да кому угодно. Лишь бы выгода была. И попробуй откажи... Бил сильно. Это Скай тоже забыть не мог. Но кормил нормально, работы тяжелой не было особо: так - стюард на корабле - каюты убрать, постели перестелить, кофе принести и множество мелких поручений выполнить. Но это ж не тюки с хлопком под солнцем таскать... А то, что наказывал... Сам Скай виноват был.
Пока просто кофе или завтрак еще ничего получалось, а вот если дело большего касалось... Вот тут-то проблемы и начинались. Нет, не спорил с господином Скай. Но на лице, очевидно, все эмоции видны были. Не мог с приторной улыбкой под клиентов ложиться. Не получалось. Вот за это и влетало... А дону Рино нравилось хлыстом по плечам. Видел Скай, что это для него своеобразным удовольствием было. Чтоб завестись для начала, а после и в постели продолжение требовать.
Но терпел Скай. Терпел и боль, и клиентов, и то, что имени дон Рино даже не спросил, а, как в невольничьих бараках, просто "боем" звал. Без разницы было. До тех пор, пока дон Рино о пари не сказал. И ставка в этом пари вольная была. Но не со Скаем решил поспорить хозяин. Скай лишь фишкой разменной был.
Еще тогда, когда хлыстом воспитывал, дон Рино удивлялся, как Скай терпит, знал же, что действительно больно было. А Скай, не вдаваясь в подробности, просто говорил, что на плантациях к кнутам надсмотрщиков привык. Не объяснять же о тайне их вдвоем с Терри. О Терри Скай больше никому не говорил.
Незачем хозяину о таком знать было.
Так вот, однажды, даже не проверив задание на день, дон Рино позвал к себе в каюту и рассказал о споре.
- Один мой приятель выдрессировал своего раба так, что тот может терпеть любую боль.
Я видел. Он ему раскаленную иглу в бедро вонзил, а тот даже не вздрогнул. А я про тебя вспомнил. Ты же тоже терпеть умеешь. Вот и подумал. Не в страхе ведь дело, а в желании. Если я тебе вольную подпишу, ты мне поможешь спор выиграть?
Скаю стало и страшно, и... Надежда проснулась. Снова надежда наружу змеей выползла. И отравленные зубы вонзила. Все равно стало Скаю, что делать. И так каждый день, как ад. А тут вдруг всего с вечера до утра перетерпеть.
И согласился.
Не надо было. Не такой ценой воля должна была достаться. Не за счет кого-то.
Мальчишка, которого приятель дона Рино привел, чуть младше Ская оказался. И на Терри похожий. Как две капли. Такой же темноволосый, худенький, с тонкими мышиными чертами лица. Бледный слишком. Но не испуганный, а такой... отрешенный. Как в трансе все время был. Улыбался только вынужденно, белые ровные зубы показывая. А нижняя губа вся изгрызена была, вся в незаживающих язвах. На Ская без интереса глянул. И рядом со своим хозяином на колени опустился.
Скай до сих пор не понимал, зачем такой глупый и жестокий спор устраивать. Ничего же никто из хозяев не выигрывал, кроме интереса. Но разве могла быть боль интересом?
Вопросов, правда, никаких Скай не задавал. Кто он такой, чтоб вопросы вольным задавать? Тоже без разницы было. Точнее не так. Хотел лишь, чтоб все быстрее закончилось. Потому что приз слишком желаемый был. Выстраданный. Скай готов был терпеть. Даже с учетом того, что на самом деле считалка, придуманная и рассказанная когда-то давно Терри, иногда не срабатывала. Иногда не получалось представить что-то другое кроме хлыста и колодок и отключиться. Конечно, боялся.
Но... действительно готов был. Настоящим шансом получить вольную эта сложная ночь для Ская стала. А Скай... Профукал Скай этот шанс. Сам.
Пацан во всем был виноват.
Не думал, что тот зацепит почти за живое. Глазами же ярко-синими, чуть раскосыми, совершенно беззащитно смотрел. И не было у него считалочки. Чуда у него не было. Только собственное упрямство и внутренняя сила. Или страх. Скай не знал, что именно. Но не понимал, как тот не отключаясь, не уходя в себя, оставаясь совершенно в сознании, терпит все то, что с ним делают.
А господа фантазию свою включили на полную. Скай даже вспоминать не хотел о тех ужасных вещах, с помощью которых его заставить закричать пробовали. Долгая ночь была. Сложная. Но все равно Скаю было легче. Даже тогда, когда считалка не срабатывала, Скай знал, что сейчас, в этот раз больно, но он сможет чуть позже боль убрать, удалить, вычеркнуть из восприятия. А вот мальчишка...