А герр Дерри, на него глядя, думал о том, что хорошо было бы, если бы отчим Ская хоть умом не тронулся на почве планов нереализованных.
Попытки найти катер по сигналу электронного код навигатора, неудачными оказались. Навигатор старенького каскада молчал, будто сам каскад давно мертвым был.
Думать о том, что при внезапном бегстве в космос на неисправном, неготовом к дальним перелетам корабле, Скай мог совершенно спокойно с бродячим астероидом столкнуться или в облако метеоритовой пыли угодить, - не хотелось. Несправедливым бы это было.
Но и как искать маленький каскад, прыгнувший непонятно куда в подпространстве просто на выходе из атмосферы Тэйи, никто сказать не мог. Патрульные, которых почти ежеминутно спрашивал дон Дерри, только отнекивались. И никто понять не мог, почему такая суета поднялась. И главное - из-за кого.
Документы на Ская пришлось показать. Полицейский, ответственный за внепланетные поиски, только скривился - делать ему нечего было в вакууме беглых рабов разыскивать.
- Сам сдохнет через сутки, - бросил сквозь зубы. - Товар хоть застрахован?
А у герра Дерри так сильно кулаки зачесались, что предпочел участок покинуть, пока только хуже не сделал.
Эрик Вирру чтоб не психовать, не чертыхаться в бессильной злобе, ходя по дому, позвонил управляющему и попросил дона Лежана подобрать команду лучших юристов.
И буквально в течении часа сам в главный офис корпорации пожаловал.
С собой привез все те документы и всю информацию, которую удалось собрать о Магрибе. И копию запроса в галактическую полицию захватил.
Совещание, которое он организовал, прошло быстро. Задачу лорд Вирру поставил следующую. Сделать все возможное, чтоб те поправки к имперским законам, которые были приняты по кодексу Магриба, можно было откатить обратно либо изменить. На любых условиях. И то, что интересовало больше всего Эрика Вирру - статус вольных граждан для всех колонистов Магриба без исключения. Чтоб люди не собственностью общины считались, а стали полноценными гражданами Империи. Если говорить правду, лорда Вирру судьба Магриба волновала только потому, что решая задачу с правами для колонистов, именно для Ская права на вольную жизнь хотел создать.
- Магриб умирает. Его уже отключили от имперских коммуникаций и галактической связи. Магриб поставлен на удаление из реестров Империи - астероид никому не нужен. Мы могли бы его купить и спасти, но при условии, что покупка даст нам право на изменение изначальных условий.
И юридическая машина корпорации заработала.
Нет, легче не стало. И спокойнее после совещания не стало. Потому что кроме формальностей, Эрик пока так ничего и не сделал. А Скай... Скай все так же находился где-то в пространстве.
Думать о том, что можно вообще никогда не отыскать старый дрянной катерок в бескрайнем космосе, Эрик не собирался. Запретил себе об этом думать.
И слишком сильно досада мучила, что если б хоть события в другом секторе Империи разворачивались, то тогда проще б было. Если б хоть чуть ближе к Галатее и к серединным мирам, где и связей у Эрика побольше, и вопросы с поиском по другому бы решались. Но там, на границах, у маленьких планеток со своими сводами правил и законов, Эрик понимал, что только помешает, а не ускорит процесс поисков, если вмешается. Вот и ждал.
И на коммуникатор Ская с каким-то непонятным упрямством все время звонить пробовал. Даже сигнал на автодозвон поставил. Искоркой маленькой надежда горела, что болтаясь в пространстве, каскад из зоны отсутствия галактической связи выберется. Хотя умом понимал, что вряд ли Скаю коммуникатор оставили... Но все равно продолжал подтверждать раз в час автоматический вызов.
А Скаю как ни странно стало легче. Голова уже не болела. Руки ныть перестали. Чуть отойдя от такого стремительного взлета и гиперпрыжка в неизвестность, понял что и есть хочет, и пить. А главное - жить хотел. По-настоящему снова жить хотел.
В каскаде с ресурсами, конечно, напряг был, но тем не менее и галеты в кухонном отсеке нашел, и тубу с каким-то сладким сиропом. Воды удалось нацедить из опреснителя. А в капитанской рубке под панелью управления случайно обнаружил начатую бутылку какого-то домашнего алкоголя - крепкого, дурнопахнушего, но тем не менее очень нужного в теперешней ситуации.
Как определить свое положение в пространстве Скай не знал. Рисунок звезд был искаженный, незнакомый. Скай никогда раньше навигацию по звездам не проводил. И какие допуски и погрешности применять даже к определяемым на глаз созвездиям так и не сообразил.
Передатчик каскада не работал. Навигатор каскада только хрипло попискивал, неподавая кроме этого писка никаких иных признаков жизни. А вот двигатель даже после гиперпрыжка ни разу и не чихнул. И тянул катерок в неизвестность с полнее нормальной скоростью. Что сейчас напрягало, так это количество свободно кислорода. А точнее его отсутствие. Уровень насыщения кислорода в каскаде падал слишком быстро. Смотреть на показатели приборов становилось даже страшно. Скаю не надо было быть слишком умником, чтобы посчитать через какое время дышать в катере станет нечем. И ответ на такую простую задачку не радовал. Осталось двенадцать часов.
Была ли надежда, что все закончится хорошо? Скай даже себе признаться не мог во что он сейчас верит. Но почему-то казалось, что тем, что удалось улизнуть с Тэйи, он уже смог свою судьбу обмануть. А вдруг и сейчас снова удасться? В конце концов, надежду-то никто у Ская отобрать не мог... только надеяться и оставалось.
Двенадцать часов у Ская были. Катер шел через пространство выбранным самостоятельно курсом, на который Скай повлиять никак не мог. Вот и получалось, что делать по сути нечего было.
Поискав немного, нашел несколько листов бумаги и карандаш. И принялся, как и раньше в патовых ситуациях, не спеша, обдумывая, записывать все, что понял, что произошло, все, что хотел бы получить. Конечно, к Эрику обращался. Конечно, ему объяснить хотел, каким дураком оказался. Не знал же, увидит снова когда-то Эрика или нет. А помнил только то, как проститься по-глупому пришлось. Извинялся перед Эриком. И о том, что любит по-настоящему тоже написал. Понял же для себя только с Эриком, что такое любить по-настоящему.
Скай настолько в записи ушел, настолько старался чувства свои на бумагу перенести, что сначала даже и не понял, что услышал в уже привычных звуках летящего каскада..
Через мерный рокот двигателя, через писк сгоревшего навигатора еще какой-то механический вибрирующий звук пробивался.
Замер, прислушиваясь - боялся, что какой-нибудь дополнительный датчик из строя таки вышел.
Звук из коридора доносился. Встал Скай из кресла и двинулся выискивая источник пиканья и дребезжащего "в-з-з-з-з".
И поикав среди ящиков с вещами, сложенными просто на проходе между трюмом и каютами, неожиданно нашел то, что пищало - браслет коммуникатора.
Скай браслет в руку взял, покрутил и только сейчас понял - его это браслет. Личный. Отчим же с запястья сам стягивал, когда Ская зарядом из параллизатора угостил. Скай же думал, что выбросил отчим коммуникатор. Смысла не было оставлять браслет общегалактической связи в секторе лишенном этой связи. Но видать, не захотел расставаться с дорогой электронной вещью дон Грей. Спрятал подальше, даже не выключив.
Скай браслет на руку надел. Виртуальный экран активировал. Увидел больше двухсот непринятых звонков. И все от Эрика. Улыбнулся. Расплакаться захотелось. Слезы на глаза выступили. Рукавом соленые слезы вытер. А когда браслет снова сигнал проигрывать начал, дрожащей рукой на кнопку приема вызова нажал.