– Я собиралась сегодня переночевать у подруги. – еле сдерживая раздражение, ответила девушка.
Миловидная девушка с пухлыми розовыми губами, её чёрные волосы всегда блестели на свету, с такой красивой фигурой и лицом она знала, что ей уготована другая, лучшая жизнь. Он повернула голову в сторону того, кто ей был ненавистен, продолжая держать ручку двери. Она держала её так, словно утопающий держится за веревку, брошенную ему с корабля.
– Это у какой ещё подруги!? – отец поднял левую бровь. Он явно изрядно выпил, но всё ещё почему-то держался на ногах, а не спал на печи. Запах перегара наполнил весь их крошечный домишко.
Алевтина сжала ручку так, что её пальцы побелели. Она боялась, что отец схватит её за запястье и оттащит подальше от двери.
– Опять побежишь в койку к своему Себастьяну? Он всего лишь подмастерье кузнеца, зачем тратишь на него время?
– Не твоё дело. Будто пьяный городской стражник лучше, чем будущий кузнец? – едко спросила Алевтина.
– Ты отцу не хами! – язык у пьяного сильно заплетался.
Девушка только сейчас заметила в его правой руке бутыль, очевидно с тем пойлом, что он постоянно пьёт.
– Стражники выполняют важную работу, и мы очень близки к королевскому двору, у меня полно знакомых по всему городу.
– Отец, я уже пообещала Миле, что останусь у неё сегодня на ночь. Ты же знаешь, у неё недавно пропала сестра, ей сейчас тяжело, я хочу побыть рядом с ней, помочь ей справиться с этим горем.
– Ах ты дрянь! Ты себе помочь не можешь. – пьяница кинул уже пустую бутыль в свою дочь, но промахнулся и попал прямо по дубовой двери. Осколки бутылки разлетелись в разные стороны и некоторые из них полетели в сторону девушки, но она вовремя увернулась, всё также крепко держась за ручку двери.
– Какая-то прачка, а строишь из себя придворную даму! Пообещааала онааа. – отец противно протягивал гласные.
– Солнце ещё не село, у меня есть немного времени, Мила живёт рядом, я успею до полной темноты. – девушка резко со всей силы распахнула входную дверь.
Выбежав на улицу, она слышала ругань своего отца, поэтому быстро поспешила скрыться за переулкам и направилась в сторону дома кузнеца.
Алевтина часто ночевала у Себастьяна, у того была целая отдельная комната, а не кровать рядом с печкой, как было у неё самой. На печи всегда спал её отец, а она спала на кровати, стоявшей рядом – никакого уединения и покоя. Девушка любила, когда у отца были ночные смены, тогда она могла спокойно спать одна в их маленьком домике. Жалования городского стражника хватало приобрести другое жильё получше, но отец постоянно его пропивал.
Алевтина шла по улице быстро, то и дело оборачиваясь назад, чтобы убедиться, что пьяная туша не идёт за ней в попытках вернуть домой. Когда она снова посмотрела назад, то вдруг случайно с кем-то столкнулась. Повернувшись, Алевтина увидела девушку в тёмно-синем плаще с капюшоном, полностью натянутом на голову, лицо незнакомки почти не было видно.
– Эй ты, – Алевтина надменно вздёрнула нос. – Ты что слепая или просто не смотришь куда идёшь?
Незнакомка с интересом посмотрела на Алевтину, тем самым показав своё лицо, дальше последовал короткий ответ:
– Прошу прощения. – голос незнакомки был гулким и тихим, в отличие от громкого голоса Алевтины.
– То-то же. – Алевтина выпрямила плечи.
В этот момент она заметила, что незнакомка убрала под плащ свой амулет, висевший на её шее, который, по всей видимости, выбился из-под одежды во время их столкновения. Незнакомка быстро отвернулась от Алевтины и бесшумно направилась по своим делам. Алевтина толком не разглядела амулет девушки, но её удивило, что какая-то прохожая носит настоящее украшение, когда обычные жители Сент-Адриена могли позволить себе только украшения из дерева. Девушка часто любила заглядываться на различных придворных дам, которые нежились в небольших лодочках на реке со своими кавалерами. Придворные дамы считались красивыми, несмотря на их внешность, ведь на них всегда были самые дорогие наряды и настоящие украшения, их лица всегда были припудренны и раскрашены, что придавало им более кукольную внешность. Простолюдинки казались на их фоне какими-то несуразными и дурными.
Однажды Себастьян пообещал, что из остатков в его кузнице сделает Алевтине железный браслет и кулон. Однако Себастьян всегда любил что-то говорить и обещать, но никогда особо не выполнял свои слова. Алевтина же верила, что со временем подмастерье кузнеца станет относиться к ней лучше и выполнит всё, что обещал, время шло – ничего не менялось в их отношениях, но она не оставляла этих надежд.