— Все в порядке, это всего лишь я. — Я потянулся к лезвию, не желая, чтобы ее рука дрожала и она могла порезаться, но Талия не поняла моего намерения. Наверное, я двигаюсь слишком быстро, хотя и пытаюсь замедлиться и сгорбиться, чтобы стать меньше. Ее инстинкты срабатывают, и она бросается на меня. Я даже не чувствую пореза от крошечной бабочки, но Талия замирает, и ее глаза расширяются от страха. Медленно, чтобы не пораниться, я извлекаю нож и убираю его в карман. Когда встаю, она отшатывается назад с писком, от которого у меня щемит сердце.
— Талия, все в порядке, ничего страшного. Я не причиню тебе вреда, — повторяю я и отступаю, чтобы дать ей возможность подумать. Пока я сижу, мои глаза не отрываются от нее. Я чувствую небольшой порез на щеке, но не обращаю на него внимания. Я наблюдаю за Талией, обеспокоенный ее бледностью.
Она опускает голову и на минуту обхватывает себя руками, затем отряхивается и смотрит на меня. Взглядом Талия скользит по моему лицу, но потом в этих грозовых глазах появляется чувство вины.
— Мне так жаль, что я поранила твое лицо, — шепчет она. — Я запаниковала.
— Ничего страшного, бывало и хуже. — Я усмехаюсь, но она качает головой и заставляет себя встать. Талия бросает на меня нервные взгляды, пока перемещается по комнате. Я наблюдаю за ней, задаваясь вопросом, что она делает, но когда Талия снова поворачивается ко мне, она делает глубокий вдох и с большим мужеством, чем я думал, что люди обладают, она останавливается передо мной и поднимает ватный тампон к моей щеке. — Дай мне ее очистить.
Я замираю, даже не дышу и не моргаю. Не хочу спугнуть Талию, не сейчас, когда ее восхитительный запах окутывает меня, снова делает твердым и заставляет думать о том, о чем я не имею права размышлять с таким маленьким человечком ‒ человечком, который меня боится. Облизывая губы, она наклоняется ближе, и я смотрю на блестящую розовую плоть и думаю, какова она на вкус.
— Может быть, будет больно, — пробормотала она, но я не шевельнулся, когда Талия прикоснулась к порезу. Немного жжет, но я позволяю ей очистить рану. Она бормочет себе под нос; очаровательное бормотание слов, от которого у меня подрагивают губы, а в груди расцветает тоска. Мне хочется протянуть руку, притянуть Талию к себе, прижаться к ее губам и посмотреть, будет ли она бормотать дальше.
Когда Талия отступает назад, она выглядит более уверенной, но в ее глазах все еще плещется беспокойство.
— Я не думаю, что нужно накладывать швы, но я не знаю, как быстро ты заживаешь.
— Через час все пройдет, — признаю я, слегка пожав плечами. Талия распахивает глаза от удивления, и я вижу вопросы, мелькающие в них. Интересно. — Можешь спросить, — предлагаю я, но она качает головой.
— Извини. Итак, Ария, ты ее нашел? — спрашивает Талия, озвучивая вопрос, который хотела задать с тех пор, как я вошел. Думаю, она боится ответа, поскольку ее подруга не со мной. Талия отбрасывает тампон и наклоняется, внимательно наблюдая за мной.
— Прости, Талия, — начинаю я. — Я нашел кровавый след. — Я не говорю, сколько именно там было крови, не желая расстраивать ее еще больше. — Он вел вглубь территории Акуджи. Ее там не было, но…
— Но? — переспрашивает Талия, сосредоточившись на мне. В ее глазах горит огонь, который не должен был заставить меня почти дрожать от нужды.
— Но я также учуял запах Акуджи, правителя, вождя племени Ночных Клыков, в чьих землях ты находилась, — объясняю я.
Талия замирает, потом поворачивается и кричит, заглушая крик рукой. Я вскакиваю на ноги, тянусь к ней, но Талия отшатывается, словно почувствовав меня, и, взмахнув волосами, начинает пятиться.
— Черт, черт, черт. Она у него, да? Черт, а что если он ее убьет? — шепчет она мне. — Он бы убил ее?
— Акуджи? Может быть, если сочтет нужным. Он не друг людям, но он мог бы легко убить ее тогда и там, но не сделал этого, что наводит меня на мысль, что она нужна ему для чего-то живой.
— Логично, я могу с этим согласиться. Ты прав ‒ если бы он хотел ее убить, то логичнее было бы сделать это тогда. Если он забрал ее, есть шанс, хоть и небольшой, что она жива, если у нее было кровотечение. Я могу работать с небольшими шансами. — Ее мозг поражает воображение, когда Талия прорабатывает все сценарии и варианты развития событий.
Мозг ученого, понял я с удивлением.
— Талия, ты ученый? — спрашиваю я.
Она замирает, внимательно глядя на меня. Вся уверенность, весь огонь исчезли, и ее лицо побледнело. Талия перебегает через комнату, и я сразу же начинаю ненавидеть расстояние между нами. Обхватив сумку руками, она прислонилась к стене.