«Неужели она подумала что тот поцелуй это нечто большее, чем способ развлечься в вечер пятницы?» – про себя думал Андрей, но видя красотку в кадре строго приказал охраннику открыть дверь нежданной гостье.
– Я не хотела вот так вламываться, Андрей – улыбаясь вымолвила Настя, одновременно стреляя глазами по сторонам и слегка рассеянно осматривая пышную прихожую особняка. На высоких стенах развешаны тусклые картины, сирена, стоящая у дубового шкафа для верхней одежды нагло вывалила пышную грудь, вырезанную в мельчайших деталях – Но ты просто уезжая потерял дисконтную карточку на парковке. Я подумала мало ли она нужна тебе? – «пф, неужели дисконтные карточки ещё существуют?» – про себя фыркнул Андрей, схватив яркую пластиковую карточку в местный парфюмерный магазин, в котором он от рождения не был. Скорее всего, там с наценкой в сотню процентов продают устаревшие ароматы, давно списанные с продаж в нормальных магазинах, и пахнущие затхлой пылью.
– Спасибо – осмотрев карточку строго обрезал он в полной уверенности, что на самом деле карточка вовсе не его. Эта безделушка лишь предлог зайти в дом и подобраться ближе. Но взглянув ещё раз на Настю, парень смягчился – она так забавно пыталась ему понравится: сначала блестящими глазами прямо в душу смотрела, потом, чуть не упав, выгнулась и закусила нижнюю губу. Видно было, что подобные приёмы для неё скорее всего в новинку, что-то новенькое и неосвоенное. Но как же они ей шли! Идеальное худощавое тело с взятыми будто от другой девушки грудями и упругой попой, пухлые алые губы и длинные чёрные ресницы.
«А она не плоха, я совсем это забыл с пятницы.
Очень уж не плоха»
– Тебе ещё что-то?– безразлично кинул Андрей, оперевшись локтем о стену.
– Я думала, а что если… – Настя замялась, неловко потупив глаза в пол – Что если мы познакомимся ближе, если ты понимаешь о чем я? – а потом застенчивый взгляд взмыл вверх, к холодному лицу, и с нежданной дерзкой ухмылкой обрёл новые черты.
Андрей хмыкнул и спросил:
– Значит хочешь познакомиться ближе?
Настя послушно кивнула.
Андрей поспешно закрыл дверь в свою комнату. Сегодня родителей не будет где-то до часу ночи в наилучшем случае, и где-то до одиннадцати если отец скажет неуместный комментарий по поводу новой покраски мамы. Такое уже было, только лишь с маникюром. На авторитетный вкус Арсения он излишне «длинный и чёрный, как у трупа, ей-богу», а для Надин это удар острым ножом а живот. Извините, не лучшее сравнение для подобных времён.
Короче, гигантский особняк с лужайками, садами и клумбами, бильярдными и столовыми, банями и бассейнами, конюшней и озером с лебедями, будь оно не ладно, было в распоряжении этих двоих. Двоих и паре десятков камер, расставленных на каждом квадратном метре. В остальном, прислуга нечасто желала попадаться на глаза сынку олигарха – его тут не особо пылко любили, чтобы часто изъявлять желание любоваться.
Можно расслабится и не боятся издавать особо громкие звуки. Андрей собирался воспользоваться этой возможностью в полной мере.
Развернувшись к огромной кровати спиной Настя, будто торопясь успеть на ноев ковчег перед большим потопом, стянула белоснежную рубашку через голову, решив не тратить время на пуговицы. Её объемная грудь хранилась за умопомрачительным кружевным лифчиком розового оттенка – такая же фарфоровая, как и лицо. Между чашечек болталась серебряная застёжка. Должно быть, это лучшее бельё что только было у девчонки.
Взглянув парню в глаза и сделав уверенный шаг вперёд, Настя положила руки ему на плечи, будто готовясь к танцу на школьном балу.
Андрей пытался разделаться с навязчивым поло «Lacoste” в синюю горизонтальную полоску. Девушка заботливо, по-матерински, помогла, отбросив одежду в сторону. Нашитый на ткань крокодильчик замерев смотрел в сторону возбуждённой парочки.
Настя довольно рассмотрела кубики, грудные мышцы и широкие плечи. На её лице играла улыбка, словно сейчас она получала то, о чём мечтала всю жизнь. Хотя тут никакого «словно» не должно быть.
– А мне нравится твоя решительность – улыбнулся Андрей и поцеловал Настю, положив свою руку ей на бедро. Крупная ладонь прошла вниз, расстегнув ширинку узких джинс.
Она задыхалась, не успевая в ритм его уверенных отработанных движений. Отклоняясь назад смотрела на его уверенной лицо, затем возвращаясь в крепкие объятия и не утихающие поцелуи. А потом, приоткрывая губы расплывалась в улыбке, ведь цель была достигнута: ей удалось привлечь его внимание, и вот она, желанная награда.