Время будто застыло. Будто кто-то включил режим слоумо. Я до сих пор помню это чувство между вторым и третьим ударом. Когда психопат поднял над головой тяжёлый топор, видя что его старания не напрасны. Окно авто постепенно трескалось, предательски выдавая нас Майклу, который сотворит с нами такое… Ох, я даже и боюсь представить что он сотворит, когда доберётся до моего тела. Может быть расчленит меня и из частей тела соберёт звёздочку на ночной парковке. Может быть привяжет к дереву, после чего подпалит его, наслаждаясь истошными воплями. Может сначала на моих глазах порежет Ярослава, а затем будет медленно убивать меня. Я точно не сомневался, что у «Чумного доктора», изо всех сил пытающегося разбить окно автомобиля, фантазии хватит на любое безумство.
Ярослав прижался к моим трусящимся от страха коленям. Я чувствовал дрожь, не прекращая бегавшую по его телу.
Его взгляд замер на жуткой маске. С открытым ртом он наблюдал за неизбежным: как маньяк разобьёт стекло, поочередно достав нас. Ещё два удара, и осколки полетят на легкодоступную испуганную жертву. Сейчас мы были именно такими. Испуганными цыплятами, не способными заставить себя залезть на переднее сидение, взяв в руки ружьё. И о да, будте уверенны, я бы снял его с предохранителя, завопив «О да, я мистер разрушитель клише», после чего вынес мозг гундосому уродцу. Это был бы волшебный момент. Алые брызги крови в разные стороны, освещаемые голубой мигалкой. Его голова бы разлетелась на мелкие кусочки, залив холодный асфальт. Его мозг стал бы похож на густую аджику, или острую сальсу по консистенции.
Эти чудесные моменты проносились перед глазами пока я прижимался к твёрдой холодной двери, затаив дыхание.
Ярослав кряхтел и тяжело дышал. Каждый выдох ощущала на себе вся машина, будто содрогаясь от его страха.
*Пшшш* – шипела рация – *Сержант Клюкина* – хоть бы этот монотонный голос наконец заткнулся. Он не может помочь нам ничем – *Офицер Борисов? Вы слышите меня?*
Даже если бы он и услышал наши мольбы о помощи, всё равно бы это не спасло от неизбежного. Майкл разбил бы стекло за считанные секунды, успев размозжить нам черепа, десять раз каждому, до приезда полиции. Так что мне не за что себя терзать. Разве что только за то, что я приехал в этот город. Самая фатальная ошибка жизни.
Резкий звук прокатился по всей машине. Я прочувствовал его спиной по лёгкой вибрации, последовавшей после третьего удара.
Стекло хрустнуло ещё больше, укрыв лабиринтом из трещин всю поверхность. Закрыв глаза, я попытался дёрнуть за ручку авто, но всё тщетно. Дверь наглухо заблокирована. Мы в ловушке. В самой настоящей западне.
Тёмная парковка рядом с непроглядным лесом. Двенадцать часов ночи. Яркие мигалки, прорывающие мрак насквозь сине-красным светом. Два окровавленных трупа бесславно убитых полицейских недалеко от авто. И два испуганных подростка, заблокированных в машине. Вот так, беззаботная ночь, которая должна была стать для каждого яркой феерией красок, закончилась настоящей бойней. Без преувеличений – трагедией. Жизнь каждого, кто находился в порочном сквоте, унесло пламя. Каждого молодого подростка, сбившегося с жизненного пути, отдав предпочтение не тому делу. Их по очереди забрало на тот свет горячее пламя, пробирающееся в каждую комнату здания. Может быть на фоне многочисленных смертей мою никто и не заметит? Я войду в число тех десятков людей, имена которых высекут на мемориальной плите, служащей туалетом для голубей. Как обычно бывает после подобных трагедий где-то неделю люди показательно погорюют, лицемерно выставляя траурные тёмные посты в свои аккаунты, чтобы затем их архивировать когда стихнет шумиха. Такая уж она, судьба трагедий, которые каждый день наш мир приносит всё больше и больше, без остановок.
Заколов меня топором, Майкл выбросит маску в быстро текущий холодный ручей, смыв с рук мою кровь. Он станет национальным героем, единственным выжившим после страшной катастрофы, после несчастного случая без единого выжившего. Его пригласят на интервью главного канала, он будет сниматься в качестве камео в одном из сериалов Netflix, напишет мемуары обычного наркомана, пережившего страшную давящую на слезу историю. Его голос услышат миллионы наркоманов по всему миру, которые восстанут против устоявшейся системы. Майкл создаст свою политическую партию, пробьется в сенат одного из крупнейших штатов, после чего начнётся настоящий политический кризис. Мир будет рушится на глазах. Начнётся апокалипсис, к которому приведут наркоманы пролезшие в политику.