Я уверенно кивнул не зная фамилии. - Ты рисуешь существующих людей и персонажей, придуманных другими. Ты никогда не пыталась изобразить... - я остановился, думая не сильно ли бестактен мой вопрос. Обрывок предложения повис в воздухе - ... что-то своё? Ева вздохнула в очередной раз. Уже сейчас можно было сформировать целый ряд её постоянных привычек: постоянное поглаживание своих же волос, быстрые многозначительные взгляды, которыми, она скорее всего, каждому хотела донести что- то. Она говорила одними лишь глазами, оставляя рот на замке. Она была такая бледная, но такая живая. Слова выходили из неё каждую секунду, даже когда она сама, должно быть, этого не хотела. - Не люблю рисовать своё. Даже, скорее всего, у меня просто это не получается. Образы, изредка всплывающие в моей голове сковывают меня. Я становлюсь заложницей, видя лишь отдельные их части, которые перенести на бумагу крайне тяжело. Я рисую лишь то, что вижу. Мои глаза более прямолинейные чем голова, знаешь ли. Образы, всплывающие по частям - интересно... - Я увлекаюсь культурой 90-х. Точнее, в этом скетчбуке, с редкими исключениями, всё что с ней связано. Я много чем увлекаюсь. Культовое кино, классические ужастики, Хичкок, Уорхол и Бёртон - Ева хлопнула скетчбуком, прислонив подбородок к ладони и взглянув на меня снизу вверх. - Вау, я не могу выпустить из виду девчонку с одинаковыми интересами. - Смотришь культовое кино? Я кивнул. - Тащишься от старых ужастиков, когда остальные друзья скептически посматривают на тебя и говорят «Какие устаревшие спецэффекты»? Я кивнул два раза. - Пересматривал «Психо» по пятому кругу? Кивнул. - «Птицы»? Кивнул. - «Головокружение»? Кивнул. - Если на чистоту, наши схожие интересы становятся странными. Ты случайно не маньяк, отслеживавший мою жизнь до того как подсел ко мне? Я рассмеялся, продолжая быть полностью поглощённым взглядом новой соседки. Теперь я понимаю весь смысл этой ванильной фразы. Хрустальные, как сервиз царской семьи в «Эрмитаже». Глубокие, как Мариинская впадина. Они гипнотизировали меня, заставляя смотреть лишь на них, улавливать каждое движение и многозначительный взгляд, ведь каждый взгляд Евы был коротким предложением. Чувство, будто в тот момент я был шифровальщиком со стажем, пытающимся разгадать запутанный код. - Мальчишка, любящий культовое кино. Смотри, как бы тебя за такое не отлупили наши «адидасы».
Я промолчал о том что уже пережил болезненный удар в живот от одного из них. «Адидасы», «адидасы»... Её голос прозвучал эхом в моих ушах, выведя перед глазами образ рыжего парня. Безумный резвый взгляд, широкая ухмылка. За секунды он взлетел в воздух.
Чёткие тени часто проходили мимо моих глаз, растворяясь по щелчку пальцев. «Щёлк!» - и я вижу перед собой лишь огромные глаза. - Не любящий, а обожающий. Могу наизусть «Донни Дарко» процитировать. - «И мне кажется весёлым и одновременно грустным, что сны, в которых я умираю- лучшие что у меня есть» - Ева процитировала строчки песни-саундтрека «Mad world” - Безумный мир... - мы всматривались в глаза друг друга и молчали. Губы слиплись, не давая словам проникать наружу. Они сейчас не нужны были. Я чувствовал её энергию всем телом, она летала тут везде. Её волосы падали на бледное лицо, а глаза ходили по мне.
Мы чувствовали друг друга. Я словно дотрагивался, прикасался к её волосам и мягкой коже просто смотря ей в глаза. Она провела языком по верхней губе в очередной раз. Ещё одна привычка. Сейчас говорили лишь наши глаза. Они без умолку общались, рассказывая друг другу сухие факты. Мы узнали друг о друге всё, за те минуты проведённые вместе.
- Это саундтрек, не считается - прервала неловкое молчание Ева, отклонившись на спинке стула и зажав между пальцем карандаш. На столе перед ней одиноко лежал лишь блокнот и простой карандаш. И всё, ей этого хватало для погружения с головой в свой внутренний мир.
Хочу узнать его. Хочу побывать в нём, ну, во внутреннем мире. Может быть, прозвучало вульгарно. Но я чувствовал что за своим выразительным холодным лицом эта девчонка хранит целые города, созданные головой скрываемой густыми волосами. Её волосы... Они так приятно пахнут.
Города которых нет. Они существуют в её голове, смотря на окружающий мир через прозрачные глаза. Пару реплик, всего несколько слов хватило чтоб с уверенностью заявить: МНЕ НРАВИТСЯ СИДЯЩАЯ ПЕРЕДО МНОЙ ДЕВОЧКА. Она грубо вытеснила одним лишь своим присутствием дикие мысли, воспоминания об алой крови и ушедших из жизни. Она занимала всё пространство внутри моей черепной коробки словно неизлечимая психическая болезнь, которую не в силах убрать даже лоботомия.