также осветив высокие носилки, на которых прикрывшись белой окровавленной простыней лежала ОНА. Этой октябрьской ночью Алису сбила машина. Я увидел её ногу: алые капли крови на бледной белой коже.
В один миг её просто не стало. Просторный двор закрытой от общества семейки опустел, и тогда в мой детский не окрепший мозг стали залетать совершенно новые вопросы. Раньше, я всегда думал о смерти. Садясь на прохладный подоконник я представлял смеющуюся девчонку, в одной руке державшую чёрную сумочку, а другой махая незнакомому мальчику. Я видел её, мучительно осознавая что она ушла.
Несправедливость. Красивая и юная, просто так взяла и покинула свет? Маленький малыш ещё не знал что в мире бывает много несправедливостей. Раньше, я всегда думал о смерти. Подойдя к тёмному дубовому гробу в местной крохотной церквушке, я наконец вдохнул её аромат, так и не услышав ласкового нежного голоса. Раньше, я всегда думал о смерти. Кинув клочок сырой земли в глубокую яму, я проводил героя своего детства в вечный путь.Она ушла, но очертания лица несправедливо усопшей девушки я запомнил навсегда. Мысль о смерти часто посещала меня, в последнее время прочно застряв в голове.
Глава 9 #искусствоsmalltalk
Глаза открылись, уткнувшись в чёрный и кривой треугольник на лице мёртвого. - Чё-ё-ёрт - проворчал я, продолжая ощущать знакомый каменный холод всем телом. Надо мной грозно возвышались верхушки сосен, дерево с которого я упал самодовольно всматривалось в беспомощные лежащие под ним тела. Никаких людей не было и в помине: мантии, кухонный нож, факелы, старик... Всё это казалось ночным кошмаром на мгновение проникшим в реальность; в этот кошмар не хотелось верить изо всех сил. В ушах продолжало звенеть после громкого выстрела. Кто его сделал? Я мог встать: установленные по периметру всего тела тяжеловесные крепкие блоки в одно мгновение быстро спали. Я чувствовал своё тело, имея возможность руководить движениями. Покачиваясь как тонкий флагшток на сильном ветру, я встал на ноги, случайно вступив в алую холодную лужу. Из уст в очередной раз вырвался мерзкий писк, он резал уши мне самому. Самое удивительное: я так и не смог закричать или громко взмолить о помощи, лишь пищать, как мышь, медленно дохнущая от крысиного яда. Из бледных уст тощего парня вытекали алые капли. Холодное тело бездыханно лежало на земле. Я всхлипнул, растерянно осматриваясь по сторонам. На колючей ветви соседней ели, усыпанной мелкими шоколадными шишками, отобразился сине-красный свет. Мигалки - меня спасут. Я уже слышу шаги. Раздвигая навязчивые нависшие над головами ветви, на встречу мне вышла пара строгих полицейских в длинных тёмных штанах и синей рубашке. Один из них, самый загорелый, в руках держал пистолет, настороже осматриваясь по сторонам. Это он стрельнул, и, возможно, сам того не подозревая спас мне жизнь. «Что случилось?» - читалось лишь по одному напуганному взгляду брутального дуэта. Думаю, это первый труп в карьере копов-провинциалов. Я хотел объяснить всё сразу, описав в подробностях загадочное лицо старого убийцы, но из меня лишь вылетел отчаянный наполненный шоком и тоской крик:
- Заберите... Заберите меня ИЗ ЭТОГО МЕСТА!!! - я всхлипнул ещё раз, дав волю эмоциям. Сам того не понимая, через секунды я рыдал. Слёзы будто не принадлежали мне. Они стекали вниз по ледяным красным щекам. Я не чувствовал ничего. Вид лежавшего рядом трупа то и дело привлекал внимание. Он манил взгляд, резко останавливая его на себе: бледная кожа, алые капли на ней, закрытые глаза и вспоротый живот.
Темнокожий полисмен со стволом в руках взял меня за плечо, с жалостью выводя из клятого леса. Я был жалок, ну и срать. Зубы нервно стучали друг по дружке, всё тело охватывал ледяной холод. Воспоминания всплывают обрывистыми картинками: сочувствующие взгляды Андрея и Макса, стоящих на берегу и с интересом наблюдающих за тем, как бережно меня садят на полицейский мотоцикл. Недалеко от меня стояла шокированная «тень». Спиной облокотившись об дерево она продолжала молча прожигать взглядом сияющее озеро. Уютно усевшись на твёрдое сидение скутера, я взглянул назад, словив печальный взгляд брата. Он молча провожал меня им в тот момент, когда транспорт двинулся с места. Лишь сейчас я заметил вышедшего из темноты Майкла. Лохматая светлая шевелюра, сбившиеся дыхание и капельки пота, сияющие на лбу в свете луны. Отдышавшись, он проронил: